Поиск на сайте

 

 

Сколько кормушек у профсоюзных боссов России и Ставрополья?

 

На прошлой неделе в пресс-центре «Комсомольской правды» состоялась пресс-конференция руководителя Федерации профсоюзов Ставропольского края (ФПСК) Владимира Брыкалова и его заместителя Татьяны Чечиной. Руководители профсоюзного объединения края (подчеркиваю, не самих профсоюзов, а именно их объединения) в общем теоретизировали о вопросах защиты работников в условиях кризиса. Правда, привели и несколько примеров нарушения «злыми работодателями» трудовых прав работающих, которые якобы были восстановлены только вмешательством ФПСК. 
В самом начале пресс-конференции (на которой я, кроме всего прочего, присутствовала и в качестве эксперта «Открытой» газеты) Брыкалов предупредил, что намерен говорить только о защите трудовых прав, а на все прочие вопросы отвечать не будет. 
Видимо, это было сказано персонально для меня, так как я уже много лет публично (в том числе через СМИ) поднимаю неудобные для Владимира Ивановича вопросы о бесцеремонном и корыстном использовании профсоюзного имущества края, ставшего бездонной кормушкой для ненасытных ртов профбоссов. 
Напомню читателям, что в 1992 году Федерация независимых профсоюзов России (ФНПР) передала в собственность региональным профобъединениям все профсоюзное имущество – десятки санаториев, гостиниц, турбаз и домов отдыха, дворцов культуры, стадионов, детских садов, строительных организаций, автобаз. 
Подчеркиваю, что это было сделано в интересах профсоюзов. И в некоторых регионах профсоюзная собственность действительно использовалась для защиты прав трудящихся. 
Например, на Кубани краевое профобъединение, получив имущество, в равных долях закрепило его за отраслевыми организациями профсоюзов и утвердило порядок контроля за использованием этого имущества, который действует и поныне. 
У нас же в крае огромной и доходной профсоюзной собственностью, которая на протяжении десятилетий создавалась на взносы 1,2 миллиона трудящихся, управляла группа лиц, кучкующаяся вокруг Брыкалова. 
Так, сразу после 1992 года из реестра госсобственности испарилась часть знаменитых профсоюзных здравниц Кавминвод. Государство передало эти санатории в оперативное управление краевых профсоюзов, а их верхушка запросто продала имущество, как свою собственность. 
Тогдашний прокурор Ставропольского края Роберт Адельханян направил несколько десятков исков к краевому профсоюзному объединению в арбитражный суд, требуя признать продажу госсобственности незаконной. 
Суд оказался в замешательстве – нарушения закона налицо, но как накажешь богатых и влиятельных профлидеров, имеющих мощное покровительство главного российского профбосса Михаила Шмакова?
Тогда в арбитраже придумали дипломатический ход: одна из судей отправила запрос премьер-министру РФ Михаилу Касьянову с просьбой «сообщить мнение правительства» по вопросу продажи государственных санаториев. 
И вскоре Касьянов своим постановлением утвердил список имущества, которое надо считать профсоюзной собственностью, – и в этот перечень вошли все ранее проданные профбоссами государственные санатории Кавминвод. 
Ну а дальнейшая судьба почти четырех десятков прокурорских исков неизвестна. Очевидно, как и многие другие, они были «замылены» высокими московскими покровителями – ведь на кону стояли не просто огромные, а колоссальные деньги. 
Между тем настойчивость надзорников была обоснована – факты прокуратура констатировала шокирующие. Должно быть, поэтому г-н Брыкалов так не любит вопросы о судьбе Дворца культуры и спорта профсоюзов, гостиницы «Дружба» и автобазы «Турист» в Ставрополе, земель под профсоюзными объектами... 
Всё это было продано за бесценок при сомнительных обстоятельствах, в которых компетентные органы усматривали криминальную подоплеку.  
Яркий пример – история с отчуждением из профсоюзной собственности гостиницы «Дружба» (ныне отель «Континент»). В строительство этой гостиницы профсоюзы края вложили по нынешним меркам примерно 10 млн. долларов, однако потом работы застопорились из-за нехватки денег. 
Для завершения строительства в конце 90-х было создано ОАО «Статур», председателем совета директоров которого стал профбосс Владимир Брыкалов, а директором – некий Игорь Брыкалов (то ли однофамилец, то ли родня). 
В 2003 году «Статур» взял кредит в профсоюзном банке «Солидарность» в размере 19 млн. рублей, но не расплатился, в итоге большую часть этих денег (13 млн. рублей) пришлось возвращать федерации. В свое время Ленин-ское ОВД расценило эту махинацию как чистой воды мошенничество и возбудило восемь уголовных дел в отношении Владимира и Игоря Брыкаловых. В том числе по факту использования поддельного реестра акционеров «Статура», где единственным акционером якобы и значился профбосс Владимир Брыкалов. 
Такой реестр был необходим, чтобы не согласовывать продажу гостиницы ни с президиумом ФПСК, ни с отраслевыми профсоюзами. Хотя полноправным акционером «Дружбы» является, по сути, каждый член профсоюзов, на взносы которых и строилась шикарная 17-этажная гостиница. 
По этим уголовным делам каждому из Брыкаловых грозило до 15 лет колонии строгого режима, однако спустя полгода после возбуждения они были закрыты Москвой. 
Или другой пример. В 2006 году все профсоюзные здравницы Кавминвод по мановению руки профбоссов и без ведения самих профсоюзов были переданы в уставный капитал новой холдинговой компании, то есть стали стопроцентно коммерческими структурами. 
Результат этого преобразования читатель может оценить сам, узнав, сколько сейчас стоит путевка в профсоюзную здравницу (от 22 до 65 тысяч рублей, что совершенно непосильно для простых тружеников). 
Много лет я бью во все колокола, пытаясь привлечь внимание общественности к действиям Брыкалова. Публичность и гласность – реальная угроза благополучию Брыкалова и его окружения. Ведь понимает Владимир Иванович: когда-то на все неудобные вопросы ему придется отвечать простым людям, а возможно (и на это надеются многие) - и правоохранительным органам. Времена-то меняются, и московские покровители уходят со своих высоких постов. 
Причем вместо подробного отчета о своих делах с общепрофсоюзным имуществом Владимир Брыкалов требует с нашей отраслевой профорганизации более 122 тысяч рублей за пользование профсоюзным помещением в здании на ул. Голенева. Поистине странно: однофамильцу не жалко «подарить» 13 млн. рублей, а нелояльный профсоюз и его членов наказывают изъятием полугодового бюджета. 
Пытаясь заставить меня замолчать, Брыкалов подал иск о защите чести и достоинства в знаменитый Ленинский райсуд, который ставропольцы прозвали «басманным». Для защиты в суде я не могла даже нанять адвоката – не та зар-плата. Суд под председательством Ольги Денисовой решил: честь и достоинство Брыкалова унижены – и наказал меня беспрецедентным штрафом в несколько тысяч рублей. 
Краевая служба судебных приставов проявила сумасшедшее рвение, превратив обычную процедуру взыскания долга в настоящую травлю, на меня даже пытались завести уголовное дело.
Объяснялось это просто: в то время службу приставов возглавлял близкий друг Брыкалова Геннадий Кутепов. Так я заплатила за право на публичное мнение собственными деньгами, достающимися мне, не в пример профбоссам, трудно. 
Оголтелый передел профимущества идет по всей стране, о чем пишут «Аргументы недели» в статье, которую «Открытая» приводит ниже. Но и тут Ставрополье «впереди планеты всей» – беззакониям в крае посвящена отдельная глава этой статьи. 
Похоже, ставропольской профсоюзной верхушке ничего не страшно. Бессильно взирают на их действия рядовые члены профсоюзов – учителя, работники культуры и торговли, селяне, которые лишены права даже влиять на формирование руководящих органов профсоюзов. 
На недавнем президиуме ФПСК Брыкалов и компания утвердили постановление о порядке избрания председателя краевой федерации. Отныне кандидатом на этот пост может стать или сам председатель Брыкалов, или человек, утвержденный исполкомом ФНПР, а рядовому труженику при таких условиях профсоюзный рост заказан.   
По сути, этим постановлением профсоюзная верхушка подтвердила давно известный факт: им важны не рядовые члены профсоюза, не труженики, а их имущество. Но способны ли такие профлидеры выражать чаяния сотен тысяч трудящихся, отстаивать их интересы в органах власти и перед работодателями?! Нынешний экономический кризис дал однозначный ответ на этот вопрос: нет, не способны. 
Не видя никаких перспектив, за последние годы из федерации ушли многие крупные профсоюзные организации, в их числе невинномысская городская организация профсоюзных «первичек» различных отраслей, профсоюз «Невинномысского Азота», часть «первичек» профсоюза госучреждений (в том числе большая организация профсоюза вольнонаемных работников ГУВД), а также наша организация профсоюза автотранспортников. То есть в целом с начала 90-х ряды ФПСК поредели в три раза. 

 

Галина ПАСЕЧНИК,
руководитель краевой организации профсоюза
работников автотранспорта и дорожного хозяйства

 

Реинкарнация "желтого барбоса"

 

Один из самых влиятельных и авторитетных людей современной России - это профсоюзный босс ФНПР Михаил Шмаков. Но ни в одном списке богатейших людей России его фамилию не найдешь. Потому что ведет себя профсоюзный лидер так же осторожно, как подпольный миллионер Корейко из незабвенного произведения Ильфа и Петрова «Золотой теленок». 
Но в отличие от Корейко Шмаков обитает не в тесной комнатенке занюханной коммуналки, а в роскошном подмосковном особняке за глухим высоким забором.
Неслыханные богатства свалились на голову босса ФНПР более 15 лет назад. А случилось это при помощи Анатолия Чубайса: именно он возглавлял тогда Государственный имущественный комитет.
Все эти годы тов. Шмаков не сидел в позе лотоса: «испарились» прекрасные здравницы, санатории и пансионаты. По сходной цене ушли пионерские лагеря, распроданы стадионы, парки культуры и отдыха. Канули в Лету бесплатные профсоюзные путевки. 
Люди, получающие тяжелейшие травмы на производстве, будь то водолазы с кессонной болезнью или шахтеры с легкими, забитыми угольной пылью, - все брошены на произвол судьбы. А во многих бывших курортных здравницах расположились подпольные игорные дома, охотничьи клубы и «школы моделей». Разрушено все то, что создавалось в стране более 100 лет.

 

Фантомы Ставрополья
Вот что странно: казалось бы, правоохранительные органы не спят, поднимают бучу вокруг профсоюзных выкрутасов. Но, как говорится, собака лает, а караван идет. За последнее время сразу несколько громких скандалов с участием глав региональных отделений ФНПР сотрясли необъятное пространство России. Подробности шокируют.
Прокуратура Ставропольского края возбудила уголовное дело по факту преднамеренного банкротства ЗАО «Статур», основным акционером которого является региональная организация ФНПР в Ставропольском крае. Возбуждено 8 уголовных дел. Мошенники заключали липовые сделки с фирмами-фантомами.
Некоторое время назад Ставропольская краевая прокуратура расследовала, каким образом часть знаменитых здравниц Кавказких Минеральных Вод вдруг «испарилась» из реестра государственной собственности. Виновником оказался министр имущественных отношений Ставрополья Владимир Рыжинков. Именно он подписал два соглашения с ведомством Шмакова.
Профсоюзным делягам необходимо было заполучить так называемые правоустанавливающие документы - иными словами, юридическое подтверждение, что они единственные владельцы недвижимости. Рыжинков передал ФНПР право собственности на 5 спальных корпусов двух санаториев в Ессентуках. На общую сумму 84 млн. рублей.
В Краснодарском крае свой театр одного актера: несколько руководителей отраслевых профсоюзов обвинили главу крайсов-профа Олимпиаду Чумакову в распродаже собственности по цене значительно ниже рыночной в Анапе и в Адлере.

 

Орден «За заслуги...»
Нешуточные страсти кипели недавно и в Бурятии. Против председателя Объединения профсоюзов Сергея Тимина было возбуждено уголовное дело. Следователи прокуратуры выяснили: за смешную цену в 300 тыс. руб. была сплавлена турбаза «Байкальский прибой». Нагло распроданы пансионат «Верхняя Березовка», турбаза «УланУдэ». Ушла налево столовая Совмина!
Прокуратура заинтересовалась и костромскими профсоюзными деятелями. В Костромской области в 1990 году в ведении профсоюзов находились 5 санаториев, 26 профилакториев, 39 пионерских лагерей, туркомплекс «Берендеевы поляны», 85 библиотек, 26 киноустановок, Дворец спорта «Спартак», стадион «Караваево». Где теперь все это? В чьих руках?
Спрашивается, чем же занимается г-н Шмаков, если сегодня не оплачивается санаторно-курортное лечение, отменены льготные семейные путевки в пансионаты, дома и базы отдыха. Ограничена выплата пособий по болезни, пособий по страхованию от несчастных случаев на производстве.
Видимо, загонять курортные особняки по бросовым ценам или сдавать их в аренду куда как интереснее.
Источник «АН» в Департаменте уголовного розыска МВД рассказал, что еще в 1998 году в МВД России из Администрации Президента РФ поступала справка «о незаконной деятельности руководства ФНПР по использованию государственных и профсоюзных средств, а также профсоюзной собственности». 
В ней сообщалось: профсоюзное руководство живет не по средствам, имущество распродается за бесценок.
Справку куда-то подшили и забыли. А Шмаков вскоре получил... орден «За заслуги перед Отечеством».

 

Как из рога изобилия
Откуда же взялся этот самый монстр ФНПР вместе с его «героическим» руководителем? Тут нужно вернуться к событиям 18-летней давности. И вспомнить господина Чубайса. На собственность профсоюзов тогда, после развала СССР, претендовал Государственный комитет управления имуществом. Его председателем в ранге министра и был Чубайс.
В то время проблема юрисдикции профсоюзной собственности была единственным вопросом, по которому Чубайс и фонд имущества «слегка» пободались. Некоторые аналитики полагают, что стремительное продвижение Чубайса по карьерной лесенке в июне 1992 года на должность заместителя Председателя Правительства РФ было связано именно с «правильным» решением проблемы профсоюзного имущества.
Иначе говоря, новых профсоюзных боссов купили... Передачу имущества оформили договором, который был утвержден в сентябре 1992 года.
В 1991 году Шмаков возглавлял лишь часть ФНПР - Московскую конфедерацию профсоюзов. Профсоюзы получили в свое распоряжение гостиничный комплекс «Измайлово», яхт-клуб «Спартак», санатории на Клязьминском водохранилище и еще более сотни других объектов. Через год ему перепало все остальное. 
Такое количество «мебелей» в страшном сне не приснилось бы даже бывшему предводителю чукотских команчей Роману Абрамовичу.
А теперь вспомним, в каких условиях живут дети-сироты в интернатах и несчастные старики в домах престарелых...

 

Нефтяники тоже недовольны
Похоже, что контракт «желтой собаки» негласно появился в России именно с приходом в ФНПР г-на Шмакова. Чем же еще можно объяснить, что за 5 лет из ФНПР сбежали более 10 млн. членов? 
Чем можно объяснить тот факт, что по всей России идет недовольство руководством Шмакова? Трудящиеся стали создавать свои профсоюзы. Это профсоюзы докеров, горняков, железнодорожников и авиадиспетчеров. 
Шмаковские профсоюзы не в силах охватить нужды работников бюджетных организаций. Им некогда. Они все еще делят санатории, лагеря и библиотеки. 
А в это время голодают врачи «Скорой помощи» в Иркутской области, не получающие зарплату несколько месяцев. И челябинские педагоги и медики, у которых были сняты надбавки с зарплат, составляющие 65% от окладов.
Они не слышат людей, которые живут с серьезными профессиональными заболеваниями.

 

Утерли нос и ВОЗ,и МОТ. А толку?
В России ежегодно из-за профзаболеваний умирают более 180 тыс. человек. Еще 200 тыс. получают травмы на производстве. Более 14 тыс. ежегодно становятся инвалидами.
Официально уровень профзаболеваний в стране отчего-то ежегодно снижается. Но по количеству смертей «у верстака» Россия в несколько раз опережает и Францию, и США.
Но наше здоровье и благополучие подтачивает не только отсутствие «правильных» профсоюзов. Свою лепту внесла и бывшая союзная республика Украина. Она уже оттяпала у России десятки здравниц. 
На первом этапе Киеву перепали девять  курортных комплексов Министерства обороны СССР и 24 санатория ВЦСПС.
В общем, прут все, кто только может. А что остается всем нам, которым эти пансионаты и дома отдыха строили? Ездить к туркам и египтянам? За свои кровные?
Утешает одно: законы в нашей стране все-таки работают. Об этом говорят громкие аресты, которые прошли в стране за последнее время. Закон написан для всех. И дела профбоссов когда-то все же будут расследованы.

 

«Шмаковы» все разные
Предшественниками профсоюзов в России были стачечные комитеты и стачечные кассы сопротивления. Они ограничивали свою деятельность решением экономических задач. 
Профсоюзы организовывали стачки и забастовки, для безработных создавали столовые, общежития, вели переговоры с администрацией об улучшении условий труда, создавали вечерние и воскресные школы, библиотеки и читальни, выпускали газеты. 
В уставах многих профсоюзов содержались требования повышения зарплаты, установления 8-часового рабочего дня и оказания бесплатной медпомощи.
После революции 1917 года из полулегальных организаций профсоюзы превратились в общественные объединения. По инициативе или при участии профсоюзов были приняты законы «О пенсиях», «О сокращении рабочего дня», положение о порядке рассмотрения трудовых споров, постановления о повышении заработной платы низкооплачиваемым рабочим и служащим.
В 1975 году в 948 профсоюзных здравницах лечились 8,3 млн. тружеников. В 25 600 пионерских лагерях отдыхали 9,8 млн. школьников.
Вот как работали честные профсоюзы! Но «шмаковы» разрушили эту четкую систему. И теперь нужны годы, чтобы восстановить то, что утрачено.
 

Надежда  ПОПОВА,
«Аргументы недели» от 19 марта 2009 г. (статья приводится с некоторыми сокращениями)



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий