Поиск на сайте

 

 

 

Уже не один год наш край лидирует в сводках Росздравнадзора по числу жалоб населения на качество медпомощи – и в первую очередь на проблемы с обеспечением лекарствами

 

Краевое здравоохранение тяжело больно – к такому выводу приходят эксперты и политики Ставрополья. Виной тому, как минимум, непрофессионализм руководителей краевого минздрава и Фонда обязательного медстрахования (ФОМС).

 

Аптечный «серый кардинал»
Осенью прошлого года в краевом минздраве неожиданно сменилось руководство. На место прежнего министра доктора медицинских наук, профессора, заслуженного врача РФ Сергея Вардосанидзе был назначен молодой Юрий Комаров, ни дня не проработавший в лечебной системе и не имевший даже базового медицинского образования (он по образованию инженер-автодорожник и юрист). Перед назначением на пост министра Комаров четыре года трудился замдиректора краевого отделения Фонда обязательного медстрахования (ФОМС).
Не имея за плечами собственных достижений, Комаров с первых дней пребывания в должности незастенчиво приписал себе результаты работы прежней команды.
Так, в числе заслуг новый министр назвал рост рождаемости в крае, снижение уровня заболеваемости и смертности, к которым не имел никакого отношения, поскольку это были результаты планомерной работы прежнего руководства минздрава на протяжении многих лет.
Впрочем, подоплека этой «рокировки» обозначилась быстро. Нового министра горячо опекал вице-губернатор Анатолий Воропаев, в то время решавший с молчаливого согласия губернатора многие кадровые и финансовые вопросы в крае. Давненько примерялся он и к краевому лекарственному рынку.
Команда Воропаева мертвой хваткой вцепилась в ГУП «Ставропольфармация» – крупнейшего поставщика лекарств на территории края. По замыслу вице-губернатора, к этому предприятию предполагалось присоединить еще полсотни районных аптечных ГУПов, тем самым создавалась супермонополия с неисчерпаемыми финансовыми ресурсами.
В декабре 2007-го Воропаев скандально, под уничижительные реплики вдруг прозревшего губернатора покинул свой пост. Однако от планов по поглощению «Ставропольфармации» воропаевская команда (в которую входит и Комаров) не отказалась – в настоящее время директор ГУП Владимир Пестов находится в состоянии увольнения, а минздрав взял курс на искусственное банкротство предприятия (вероятно, с его последующей перепродажей третьим лицам).
Кроме того, при активном участии воропаевского протеже Комарова в крае начался мощнейший передел не только аптечного, но и госпитального сегмента лекарственного рынка (то есть поставок медикаментов для мед-учреждений края). Цена вопроса – примерно полмиллиарда рублей ежегодно. 
 

Нострадамусы бессильны
В крае работает около полутораста медучреждений (в том числе и узкопрофильных), которые ежегодно потребляют более тысячи наименований лекарств и медизделий. Половину лекарств (самые ходовые) закупают муниципалитеты (местные отделы здравоохранения или сами медучреждения), половину (более дорогие и редкие) – централизованно минздрав. «Большую» заявку министерство всегда формировало тщательно, детально учитывая все запросы медучреждений и при активном обсуждении с врачебным сообществом края. Торги проводились в первых числах января, и вскоре начинались регулярные поставки препаратов в медучреждения.
Система была обкатана годами и работала, как часы, до тех пор, пока в точный «ход» этого механизма не вмешались люди со стороны. Так, еще в позапрошлом году краевое отделение ФОМС (напомним, тогда замдиректора здесь работал Юрий Комаров) при активнейшей поддержке Анатолия Воропаева попыталось оттянуть на себя функции минздрава по проведению централизованных «лекарственных» закупок.
В недрах фонда был разработан проект соответствующего постановления губернатора, оно даже легло на стол Черногорову… Но тогда глава региона подписывать сомнительный документ не стал, справедливо решив, что закупать лекарства для всего края должны профессиональные медики, а вовсе не экономисты или юристы.
Прошлым летом ФОМС снова поднял перед губернатором вопрос о передаче ему функций заказчика для закупок лекарств. Губернатор (который, кстати, является председателем правления фонда) уже не сопротивлялся. И в начале октября во все медучреждения края ушла бумага, подписанная директором местного ФОМС Юрием Казаковым, который извещал главврачей, что централизованные закупки будет отныне вести фонд.
Ошарашенный таким поворотом, Сергей Вардосанидзе обратился к губернатору с письмом, в котором пытался выяснить: на каком основании фонд забирает функции, явно ему не свойственные.
Протест стоил Сергею Лаврентьевичу должности – с поста его «ушли». Причем уволен был министр в нарушение норм трудового законодательства, по-хамски, без объяснения причин. Дружеские отношения Вардосанидзе и Черногорова легко пали жертвой «коммерческих» схем, поддерживать которые Сергей Лаврентьевич категорически отказался в силу их явного несоответствия интересам краевого здравоохранения.
Зато новый министр Комаров поставленную своими «опекунами» задачу выполнил: ФОМС стал во главе передела медицинского рынка, а уже практически готовую «лекарственную» заявку, сформированную командой Вардосанидзе, выкинули в корзину. Как и задумывалось командой Воропаева, фонд стал супермонополистом.
Главврачи, скрепя сердце, стали послушно готовить письма теперь уже в краевой ФОМС для включения в «большую» заявку. Но в конце января из фонда прилетела горячая директива, перечеркивающая все предыдущие указания и обязывающая медучреждения проводить закупки самостоятельно... до особого распоряжения ФОМС.
Подписал убийственную для краевого здравоохранения бумагу первый заместить директора краевого ФОМС некто А. Литвиненко, неожиданно назначенный и вскоре уволенный с этой должности. Похоже, цель его краткосрочного назначения и состояла лишь в том, чтобы он формально запустил бумагу, подписать которую самому директору ФОМС Казакову было не с руки – слишком уж многое в этом документе было подозрительного. А отвечать на вопросы правоохранитетей не хотелось.
Пока продолжалась эта «бумажная» чехарда, медучреждения края сидели практически без лекарств. На официальные запросы главврачей в краевом ФОМС отвечали скупо: конкурс откладывается на неопределенный срок по форс-мажорным обстоятельствам. Что это за «обстоятельства», никто не знает до сих пор.
Между тем, в некоторых районах края ситуация с лекарствами стала близка к критической. Кое-где пришлось идти на экстренные меры – выделять средства из районных бюджетов на закупку необходимых препаратов.
Конкурс фонд провел лишь в середине марта, причем с совершенно неожиданными итогами. Лоты на общую сумму 260 млн. рублей (из 290 млн.) выиграл один из крупнейших фармдистрибьютеров России – московское ООО «Биотек». Его владелец сенатор Борис Шпигель (известный как бывший тесть «золотого голоса России» Николая Баскова) входит в правление федерального ФОМС. С соответствующей поддержкой (надо полагать, небескорыстной) обеспечить победу своей фирмы на Ставрополье Шпигелю не составляло труда.
Хотя конкурентов у «Биотека» и быть не могло, компания заявила на аукционе цены на свои лекарства намного ниже отпускных цен производителей. То есть согласилась работать себе в убыток. Но в бизнесе такого не может быть, потому что не может быть никогда! Тогда в чем тут «фишка»?
Эксперты в доверительных беседах с «Открытой» не сомневаются: разница между закупочной и продажной ценой, которая к концу года вырастет в огромную сумму, обернется недопоставками лекарств для медучреждений края.
Полукриминальная практика подобных схем в других регионах показывает: чтобы отбить и эту сумму и получить прибыль, компания будет поставлять в больницы контрафактные, сомнительного качества препараты. В общем, очередной «лекарственный» кризис на Ставрополье не за горами.
 
Как с гуся вода
Между тем, в краевом управлении Росздравнадзора проблему недостатка медикаментов связывают с недостаточным финансированием здравоохранения края. Например, в бюджете ФОМС на нынешний год заложен средний норматив финансирования одного койко-дня по лекарствам от 60 до 200 рублей в зависимости от профиля медучреждения. Конечно, этого мало, учитывая, что сейчас лекарственная терапия в больницах становится все дороже.
Но почему у ФОМС нет денег на лекарства? Для начала краткий ликбез по поводу страховой медицины. В краевом Фонде медстрахования концентрируются все внебюджетные средства здравоохранения. Основные источники поступления денег такие: для работающего населения – страховые взносы работодателей (в виде Единого социального налога), а для неработающего – казенные перечисления.
Бюджет ФОМС принимает правительство и Дума края. В нынешнем году он прогнозируется на уровне 4,5 млрд. рублей, это почти на 1 млрд. рублей ниже расчетной суммы (причем хроническое недофинансирование фондом краевой медицины наблюдается уже много лет).
Миллиард – как раз и есть те самые деньги, которые бюджет не в состоянии выплатить на качественное лечение населения края. Сравните: в России в среднем на одного больного в год государство тратит около 2200 рублей, а на Ставрополье почти вдвое меньше, лишь 1200 рублей. Следовательно, как минимум наполовину лечение приходится оплачивать самим пациентам.
В больнице требуют от пациентов приносить свои спальные принадлежности, шприцы, перчатки, лекарства, медики собирают с больных деньги «на нужды учреждения». Люди понятия не имеют, какие услуги они вправе получить бесплатно при наличии медполиса. Зато свои собственные расходы фонд исправно финансирует на все 100%.
Вообще, в коммерческой изворотливости сотрудникам краевого ФОМС не откажешь. В 2005 году правительство края провело конкурс среди страховых компаний для заключения договоров по страхованию неработающего населения, которого на Ставрополье почти 1,8 млн. человек.
Новый конкурс должен был состояться в начале нынешнего года. Постановлением губернатора (от 22 января 2008 года) обязанность его проведения была возложена на краевой минздрав. Однако аукцион в срок проведен не был (снова по хитрым мотивам, в основе которых лежит передел рынка медстрахования; подробнее об этом читайте в одном из ближайших номеров «Открытой»).
В итоге с 1 апреля неработающее населения края осталось без полисов. Вместо просроченных полисов неработающим гражданам стали выдавать некие справки вольного образца. В регистратурах поликлиник и отделениях ФОМС выстраивались очереди из пенсионеров и инвалидов – тех, кому нужно было официально подтвердить статус неработающих и получить злополучную справку.
В соседних регионах эту «филькину грамоту» (как эмоционально выразился один из страховщиков) принимать не станут, то есть ставропольцы за пределами края не смогут получить бесплатную медицинскую помощь. Не получают медполиса и новорожденные дети... Когда будет проведен конкурс между лицензированными страховщиками и заключены договоры на обслуживание населения, чиновники ответить не могут, ссылаются все на те же форс-мажорные обстоятельства, как и с аукционом на поставки лекарств.
По сути, Фонд медстрахования – огромный финансовый монстр, в чреве которого прокручиваются по хитроумным схемам сумасшедшие деньги. Заглянуть в его «нутро» могут лишь некоторые ревизоры.
Вот, скажем, прошлым летом краевое управление Росфиннадзора провело плановую проверку местного ФОМС и нескольких медучреждений и с лету обнаружило финансовые нарушения аж на 78 млн. рублей. Руководство фонда спешно провело пресс-конференцию, где заявило: к пропаже денег отношения не имеем.
Открестились и главврачи проверяемых медучреждений. Короче, никто ничего не знает. Но деньги-то исчезли, и при этом ни губернатор, ни правоохранительные органы не сочли нужным даже прокомментировать этот вопиющий факт.
 
«Ботокс» для льготников
Не один год наш край лидирует в сводках Росздравнадзора по числу жалоб населения на качество медпомощи, в первую очередь, на проблемы с обеспечением лекарствами льготников. «Льготные» лекарства – ахиллесова пята российского здравоохранения, которую все время пытаются обезопасить с помощью разнообразных новаций. С начала 2005 года в России была запущена одна из таких схем, получившая название ДЛО («Дополнительное лекарственное обеспечение»).
Строилась она на новом для России страховом принципе: здоровый платит за больного, то есть «рецептурные» деньги перетекали от льготников, покупающих мало лекарств, к тем, кто ходит в аптеку гораздо чаще. У Минздрава РФ отсутствовала достоверная информация не только о количестве льготников в регионах, но даже об их реальном спросе на препараты (многие из необходимых лекарств они видели лишь в телерекламе), поэтому расчеты велись, что называется, на коленке.
Денег государство не пожалело – на программу ДЛО выделили около 51 млрд. рублей. Поначалу отчетные цифры и впрямь впечатляли. Так, на Ставрополье до старта программы ДЛО финансирование льготных рецептов составляло лишь 89 млн., а сразу после монетизации, почти вдесятеро больше.
В 2005-м ставропольские диабетики смогли наконец-то получать вместо низкокачественного свиного инсулина прекрасный генно-инженерный инсулин, не дающий побочных эффектов и значительно улучшающий качество и продолжительности жизни.
Пациенты, страдающие ранее неизлечимыми заболеваниями крови (в основном, это люди молодого трудоспособного возраста) благодаря программе ДЛО стали получать дорогостоящие импортные препараты, способствовавшие практически полному выздоровлению. Больные с гемофилией (несвертываемостью крови) смогли получать льготные препараты даже в профилактических целях, что позволило им вести активную полноценную жизнь.
Однако новая программа дала широкий простор для махинаторов: уже к концу 2005 года почти половину контрактов в системе ДЛО в России контролировали две фирмы, «CIA International» и «Протек». Как позже было установлено, директор «Протека» Виталий Смердин давал огромные взятки руководству федерального ФОМС за заключение договоров на закупку лекарств для льготников. При этом сами лекарства поставлялись по завышенным ценам, а в некоторые регионы под видом льготных препаратов уходили даже партии презервативов и элитного средства от морщин «Ботокс».
Напомним, что именно по этому делу в ноябре прошлого года было скопом арестовано все руководство федерального ФОМС во главе с директором Андреем Тарановым. Показательно, что инициатором «чистки» был депутат Госдумы РФ от Ставрополья единоросс Павел Воронин, который направил запрос в Генпрокуратуру России по поводу отвратительного исполнения программы ДЛО в нашем крае.
 

Губительная панацея
За счет того, что поставщики завышали стоимость препаратов, а врачи под действием агрессивной рекламной кампании западных фармкомпаний охотно выписывали самые дорогие лекарства, в масштабах страны был допущен огромный перерасход казенных средств. Возникли долги перед поставщиками препаратов – уже в 2006 году дефицит финансирования в целом по России достиг 20 млрд. рублей. Дистрибьюторы, не будучи уверены в том, что заказы будут оплачены, перестали отпускать медикаменты в долг. Лекарства стали поступать в аптеки с серьезными перебоями.
Просиживая неделями в очередях, льготники принялись в массовом порядке отказываться от бесплатных рецептов, выбирая «живые» денежные выплаты. По всей стране с момента старта программы ДЛО число ее участников уменьшилось втрое – с 16,5 до 5 млн. человек. На Ставрополье из первоначальных 270 тысяч человек, включенных в регистр, ныне осталось впятеро меньше, 64 тысячи.
И это в основном люди, требующие самого дорогостоящего лечения, которые вынуждены ждать льготных лекарств и неделю, и месяц потому что от этого зависит их жизнь… В результате оказался разрушен базовый принцип программ ДЛО: «здоровый платит за больного», ведь в программе остались лишь больные, за препараты для которых расплачиваться пришлось исключительно государству. Причем отдуваться за системные просчеты Минздрава РФ пришлось регионам. Так, на Ставрополье в 2006 году долги перед поставщиками лекарств достигли 255 млн. рублей. Министр здравоохранения края Сергей Вардосанидзе многократно летал в Москву и, включив все свои связи, убеждал, упрашивал, уговаривал хозяев высоких кабинетов выделить краю дополнительные средства – и только после этого долг был погашен.
В прошлом году ситуация повторилась: край получил на льготные рецепты вдвое меньше средств, чем запрашивал, и снова деньги дали только после того, как Сергей Лаврентьевич несколько раз слетал в Москву...

Шило и мыло
Новый министр здравоохранения России Татьяна Голикова, назначенная на этот пост минувшей осенью, решила отказаться от изжившей себя программы ДЛО. Вместо нее с начала нынешнего года в стране появилась система ОНЛС («Обеспечение необходимыми лекарственными средствами»), в основе которой лежит финансовый принцип со зловещим для больных людей названием - «неблагоприятный отбор».
Отныне весь массив льготников разделен на две группы. В первую вошли люди с самыми тяжелыми заболеваниями: (гемофилия, рассеянный склероз, муковисцидоз, миелолейкоз, гипофизарный нанизм, болезнь Гоше, а также состояния после пересадки органов и тканей). Лекарства для них покупают за счет федерального бюджета, соответственно, поставщика определяют на конкурсе в Москве. То, что в список попали лишь эти семь заболеваний, объясняется просто: таких пациентов в стране всего около 30 тысяч.
Ответственность за всех остальных льготников Москва полностью «сбросила» на регионы, которые и должны проводить тендеры между компаниями-поставщиками.
На Ставрополье семь редких болезней охватывают порядка трехсот больных, на их обеспечение лекарствами Москва потратит в нынешнем году около 300 млн. (край не увидит этих денег, одни лишь таблетки). И примерно столько же будет потрачено на оставшиеся 64 тысячи краевых льготников.
Итог череды «лекарственных» реформ удручающ: по сути, целый класс больных оказался ныне без гарантированного лекарственного обеспечения. Причем это люди с довольно распространенными болезнями, для лечения которых требуются дорогие современные препараты. Лучше же всех обеспечены лекарствами оказались либо больные с широко распространенными легкими заболеваниями, либо, наоборот – наиболее тяжелыми, но редкими.
А ведь никто не отменял постановление правительства РФ №890 от 1994 года (на краевом уровне оно было подкреплено в 2006 году соответствующим законом и распоряжением губернатора). По этому документу на бесплатные лекарства могут претендовать пациенты с социально значимыми заболеваниями (бронхиальная астма, туберкулез, ревматизм, ВИЧ/СПИД и др.), а также дети в возрасте до 3-х лет (в многодетных семьях – до 6-ти лет).
Финансируется это утопическое великолепие в основном из краевого бюджета, который на льготников не очень-то спешит раскошеливаться. В нынешнем году край потратит на эту программу около 17 млн. рублей, еще кое-что подкинут муниципалитеты, да и то лишь города-доноры вроде Невинки, Ставрополя и Пятигорска.
Выходит, остальные территории со своими скудными бюджетами не в состоянии обеспечить реализацию обязательств, взятых на себя нашим «социальным» (как в Конституции) государством. А заложниками этих беспрестанных реформ остаются врачи. Им, а не чиновникам Минздрава или ФОМС постоянно приходится улаживать конфликты со страждущими людьми, измученными бесконечным лекарственным дефицитом.

Антон ЧАБЛИН



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий