Поиск на сайте

 

 

Уготована ли Ставрополью роль последнего форпоста России на Северном Кавказе?

 

Обилие культур, обычаев и традиций народов, населяющих Северный Кавказ, не только формирует неповторимую индивидуальность региона, но прежде всего повышает ответственность власти за состояние межэтнических отношений. Что же происходит в действительности? Об этом корреспондент «Открытой» беседует с доктором политических наук, профессором кафедры политологии и социологии Ставропольского государственного аграрного университета Юрием ЕФИМОВЫМ.

 

- Юрий Германович, анализ межэтнических отношений в крае независимыми учеными свидетельствует: за годы после окончания «горячей» фазы конфликтов на Северном Кавказе местным властям не удалось разрешить накопившиеся проблемы. На каких конкретных участках работа оказалась провалена?
- Практически на всех. Отсутствует внятная политика по отношению к мигрантам, в том числе трудовым. Не налажен диалог между социальными и этническими группами.
Даже информационно-аналитическую работу не удалось вывести на сколь-нибудь приемлемый уровень – об обострениях в межнациональной сфере власти узнают постфактум. Понятно, что о полноценной профилактике конфликтов говорить не приходится.
- Создается впечатление, что в крае вообще нет понимания того, что происходит в сфере межнациональных отношений... С чего же предлагаете начать?
- Прежде всего надо организовать мониторинг межнациональных отношений и причин, которые способствуют их обострению - безработицы, коррупции, борьбы за собственность, бездействия правоохранительных органов.
При этом уйти от чисто ведомственных методов сбора информации, активно привлекая к этому независимые от власти источники - именно они могут дать объективный анализ причин межэтнической напряженности.
Мы должны научиться оперативно отслеживать миграционные потоки и демографическую ситуацию, свести в единый реестр данные о  приезжих по каждому населенному пункту. Активнее вовлекать в просветительские акции молодежь, знакомить ее с культурой различных этносов, проводить тренинги толерантности вместо  циничного использования в грязных политических играх.
Национальная политика – это сложная, затратная сфера, и воплотить ее в жизнь одним кавалерийским административным наскоком не удастся.
- Здоровые межнациональные отношения подразумевают взаимодействие народов через экономику, культуру, институты гражданского общества, церковь. Но часто ли встречаются примеры такого сотрудничества?
- Не часто, хотя примеров дружеских отношений хватает. Так, успехи спортсменов Юга России объединяют всех болельщиков из наших регионов вне зависимости от их национальности или вероисповедания. Когда грозненский «Терек» сражался за Кубок России по футболу, радовались все южане. А когда ставропольский боксер Давид Айрапетян привозил медали с престижнейших международных соревнований, радовалось все многонациональное Ставрополье.
Сама кавказская цивилизация, ее история являются примером взаимопроникновения культур, их влияния друг на друга. Кавказ под влиянием России стал другим, более прогрессивным, хотя достигалось это не всегда мирным путем.
- В  первые постперестроечные годы в прессе много говорили о возрастании политизации этнических групп, которую иногда оценивали как стремление народов к самоопределению. Насколько сепаратистские настроения сильны сегодня?  
- В последнее десятилетие в целом по России активность сепаратистских сил заметно снизилась, за исключением Северного Кавказа.
Непоследовательная, упрощенная национальная политика федерального центра в южных республиках сводилась к тому, что в них по делу и без дела вкачивались огромные деньги. Со временем это привело к самоизоляции местных элит, которые почувствовали себя единовластными местными царьками и проглядели образование националистического подполья.
Подполье существует и поныне, в нем лидеры сепаратистских движений затаенно переживают непростые времена. При усугубляющихся социально-экономических проблемах новая вспышка сепаратизма на Северном Кавказе исключительно дело времени. 
Более того, к сепаратистам могут примкнуть и некоторые кавказские элиты, если почувствуют, что щедрый финансовый поток из Кремля иссякает. Ничего не стоит реанимировать вопрос отделения их территорий от России.
- Зачастую причины очередного витка межнациональной напряженности объясняются слабой экономикой. Однако практика развитых стран Запада подтверждает: одни лишь финансовые вливания не могут служить залогом мира и стабильности.
- Это, конечно, так, ведь в условиях финансового голода, безработицы борьба за экономические ресурсы сильно обостряется, и прежде всего между этническими группами. Это ведет к росту напряженности в национальных субъектах федерации. 
Поэтому с бедностью бороться нужно и путем финансовых вливаний. Но считать это универсальным рецептом, конечно, заблуждение. Одними деньгами, без системной работы в тонкой сфере межэтнических отношений должного эффекта не достичь.  
- В нашем дотационном регионе, да к тому же в условиях кризиса, рассчитывать на  серьезные инвестиции наивно. Означает ли это, что иные способы профилактики этнических конфликтов заведомо малоэффективны?   
- Далеко не всегда даже самые затратные миротворческие проекты оказываются удачными. Ситуация на Ближнем Востоке тому наглядное подтверждение.
Вместе с тем история знает немало примеров, когда конфликты между национальными группами регулировались цивилизованными, дипломатическими методами, путем дискуссий, встреч, взаимных компромиссов... Так, в середине 90-х, используя именно эти методы, российская власть не позволила осетино-ингушскому конфликту перерасти в затяжную войну народов. Справились благодаря доброй воле обеих сторон и взвешенной позиции федерального центра. 
Так что не деньги стали здесь определяющим фактором, а политическая воля сторон, желание решать проблему за столом переговоров, умение слушать друг друга.             
- В чем, по-вашему, надо искать основной источник конфликтов на национальной почве: в экономике, образовании, системе управления?
Многолики причины межнациональных распрей, легко принимающих самые разные формы. 
Бытовая ссора может мгновенно перерасти в локальный межнациональный конфликт, а тот в свою очередь развиться в этноконфликт, который затронет всю Россию. Заурядная драка между разноплеменными соседями может стать искрой к возникновению большого пожара. 
Вспомните недавнюю ситуацию в селе Иргаклы, где бытовая ссора стремительно получила идеологическое наполнение. К счастью, даже запоздалые меры правительства и правоохранительных структур дали положительные результаты.
- Вы считаете,  что наибольшую ответственность за соблюдение в крае этнического равновесия все же несут именно региональные власти?
- Да, и это правильно. Согласитесь, что у нашего населения сегодня крайне низок уровень политической, правовой культуры. И при этом отсутствуют просветительские проекты, людей никто и ничему не учит. Эту пустоту заполняют радикалы, которые умело манипулируют общественным мнением, насаждают националистические, расистские идеологии.
Однако здоровых сил в обществе, несомненно, больше, а позитивная роль славян, русских в крае, да и на Кавказе в целом, является определяющей. Именно от их позиции во многом зависит,  будет ли мир в многонациональном общежитии региона.
- Ставрополье - казачий край, твердят краевые политики, как бы подчеркивая его этническую особость. Но, думаю, не все жители Ставрополья с этим согласятся, ведь у нас проживает более ста национальностей.
- Такие заявления властей - чистой воды популизм с негативными последствиями. Выделение одного этноса из общей массы населения в конце концов оборачивается внутренними распрями. 
К тому же казачество своей особости никак не проявляет. Несмотря на многочисленные попытки, активной объединяющей силой в формировании гражданского общества оно не стало. 
В то же время выводы ряда экспертов об «исторической исчерпанности казачьего проекта», убежден, преждевременны.
- В сознании обывателей казаки - это упертые державники с уклоном в национальную агрессию (то требуют введения квот для приезжих, то протестуют против строительства мечети), но именно этот силовой перекос в решении проблем и находит в народе одобрение. Парадокс? 
- Ничего парадоксального, нынче в стране большая мода на скорые силовые решения. Подавляя инициативы, преследуя инакомыслие, власть отбила у граждан охоту разбираться в социальных перипетиях, принимать решения, нести за них ответственность. Поэтому национал-державные идеи оказываются такими популярными в маргинальной среде и даже в казачьей, где радикалами выступают сами атаманы.
Если казаки действительно хотят вернуть себе роль влиятельной общественной силы, им предстоит многое поменять в своих методах самоутверждения, политическом инструментарии и даже в лозунгах.
- Ряд ставропольских ученых полагают, что в межэтнических и этноконфессиональных отношениях в крае сохраняется динамическое равновесие, но, правда, с конфликтогенным потенциалом. Вы согласны с этим? 
- О равновесии говорят те, кто хочет польстить власти. События последних лет показывают, что состояние межнациональных отношений в крае на глазах ухудшается. Достаточно вспомнить трагические события в Новоалександровске, Ставрополе, Михайловске, Степновском районе. 
Мы получили тяжелое наследство от СССР, ведь мирное сосуществование наций   после крушения империи оказалось мифом - внутри общества вызревали негативные процессы, которые власть предпочитала замалчивать. Получалось так: раз об этом не говорили, то и проблемы не существовало.
Но и за последние годы мы наворотили уйму ошибок, и прежде всего по причине ужасающего непрофессионализма властей в сфере межнациональных отношений. 
До сих пор на «националку» бросают неудачников аппаратной борьбы или просто случайных людей. Из года в год они готовят пустые отчеты о проделанной работе, организуют пышные парадные мероприятия с участием одних и тех же лояльных представителей национальных диаспор, узкого круга прикормленных ученых.
- Влиться в процесс межнационального урегулирования хотят лидеры многих местных некоммерческих организаций, национально-культурных объединений, неформальных групп. Но готовы ли они к плодотворному сотрудничеству?
- В большинстве своем готовы, среди них есть очень ответственные организации с практическим опытом, научными наработками. Но руководители территорий их, по существу, игнорируют, мол, они сами с усами и разберутся без посторонних.
Вместо единожды утвержденного и навеки замороженного списка представителей диаспор, выполняющих церемониальные функции, должен быть сформирован постоянно действующий «круглый стол» из лидеров всех существующих в легальном поле национально-ориентированных объединений. «Круглый стол» должен стать площадкой для дискуссий по особо важным темам, для межкультурного диалога, что позволит вывести многие проблемы из тени в сферу конструктивного обсуждения.
- Лидеры общественных организаций давно пробивают идею сотрудничества с краевой властью посредством грантовой поддержки. 
- И в этом я их поддерживаю. Грантовые конкурсы позволят выявить весь спектр некоммерческих организаций края и поддержать те из них, которые готовы работать с властью по одной повестке дня, объединяя свои усилия с административным ресурсом. 
Но главное - с помощью грантов можно добиваться от национально-культурных объединений реального выполнения поставленных перед ними задач.
- В чем же загвоздка?
- При правительстве края надо создать ресурсный центр информационного обеспечения общественных организаций, что позволило бы направлять их деятельность в нужное русло. 
К слову, методология создания и развития ресурсных центров отработана под моим руководством в краевом общественном фонде «Содействие-Юг», который на протяжении многих лет профессионально занимается изучением миграционных процессов. Однако наши наработки краевой бюрократией не востребованы. 
- В Кисловодске вблизи Свято-Никольского собора ведется строительство мечети, что местное население воспринимает крайне неоднозначно. Есть те, кто искренне радуется такому соседству конфессий в центре многонационального города, подкрепляя свои чувства идеями толерантности. Но есть и противники строительства, в том числе в среде мусульман: мол, соседство мечети и православного храма рано или поздно обернется конфликтом.
- Я бы предложил такие вопросы после некоторой проработки выносить на суд местного населения, институт референдума еще не отменен. Организовать общественную дискуссию, дать высказаться всем сторонам, а затем провести голосование.
- Во время выборов главы Кисловодска неоднократно приходилось слышать от местных жителей, что на высокий пост не может претендовать женщина: мол, на Кавказе любят силу, а потому главой города может быть лишь мужчина. Каково ваше мнение?
Хочу заметить сразу: в отличие от среднеазиатских республик, на Кавказе у женщины было особое положение. С нею считались, к ее мнению прислушивались и мужчины. Помните из истории: горская женщина, бросив наземь белый платок, предотвращала кровавые стычки мужчин.
В кавказском социуме уважают не по половому признаку, а за силу личности, умение держать слово, способность браться за сложную работу. Силу власти надо демонстрировать силой исполнения закона. 
Убежден: ничто не мешает женщине-политику, достойно выполняющей свою работу, быть уважаемой на Кавказе. И если мэр Кисловодска Наталья Луценко сможет зарекомендовать себя грамотным управленцем, ее поддержат все здоровые силы города.
- На днях эксперты Московского бюро по правам человека обнародовали результаты исследования, согласно которым Ставрополье входит в пятерку ксенофобских регионов страны. Вы согласны с таким выводом коллег?
-
 Данные моих исследований показывают схожие результаты. Причин для такой неблагополучной картины полно: высокая конкуренция за социально-экономическое влияние, запредельная коррупция, неконтролируемая миграция, аморфность правоохранительных органов, ангажированность судов... 
Кроме того, сказывается ситуация в соседних республиках, пораженных клановостью, повальной безработицей, отсутствием перспектив у людей, особенно молодежи, которая вынуждена перебираться на более благополучное Ставрополье, привозя с собой и скопившиеся проблемы. 
Исследование Московского бюро по правам человека звучит для нас серьезным предупреждением.
- Особенность этнического конфликта, пусть и возникшего на бытовой почве, такова, что его национальная составляющая не исчезает даже при замирении враждующих сторон. В зачаточной стадии подобных «разборок» за раздражением: «А ты кто такой и откуда?» - следует агрессия: «Понаехали тут!» 
Почему же чиновники и правоохранители даже массовые драки, где стенка на стенку сходятся молодые люди, разбившись по национальному признаку, относят к бытовым?  
 
- Стремление свести этнический конфликт к «бытовухе» продиктовано желанием конкретных чиновников продемонстрировать верхам, что они удерживают ситуацию под контролем. Таким образом чиновники стремятся обеспечить свое положение во властной иерархии. 
Вместе с тем такая политика не дает возможности правильно поставить социальный диагноз, выработать стратегию разрешения конфликта. 
Руководители края должны быть кровно заинтересованы в том, чтобы на местах даже не пытались укрывать истинные причины конфликтов, тем более с национальным привкусом. А за укрывательство надо строго наказывать. Только трезвый, объективный, принципиальный анализ ситуации позволит принять адекватные меры, которые дадут позитивные результаты.
При этом надо  жестко применять закон в равной степени ко всем участникам конфликта вне зависимости от их национальности. Нельзя обелять одну сторону, переводя стрелки на другую. Радикализм «обиженной» стороны в таких случаях только нарастает и зачастую приводит к выдвижению политических требований, то есть еще больше заводит ситуацию в тупик.
- О том, что русское население покидает восточную зону края, которую тут же обживают переселенцы из соседних республик, говорят давно и на всех уровнях. Тот факт, что восток Ставрополья становится национально однородным, как-то влияет на безопасность региона?
- Отток славянского населения с восточных границ края вполне может привести к росту социальной напряженности уже между тамошними национальными диаспорами, и, как показывает наша современная история, в таком случае конфликты становятся куда более острыми. 
Сохранение межнационального баланса в восточных районах возможно лишь при исторически устоявшемся преобладании славянского населения - старожилов этих мест, жителей казачьих станиц. К слову сказать, именно казаки играли неоценимую миротворческую роль на Кавказе, образовывая так называемую буферную зону между исконно конфликтующими народами.
Классический пример: в 20-х годах большевики, в частности Яков Свердлов, подвергли жесточайшим репрессиям казачество, уничтожая его как класс. Были выселены, расстреляны, сосланы в лагеря, брошены в тюрьмы жители казачьих станиц на границе Северной Осетии и Ингушетии. Так уничтожили буферную зону из поселений с их невосполнимой миротворческой функцией. 
Казаки не раз сдерживали эти народы от неизбежных стычек, на которые толкали горячии головы с той и с другой стороны. И вспыхнувший в начале 90-х годов кровавый, с большими жертвами, конфликт между осетинами и ингушами можно считать прямым следствием  тупой большевистской политики на заре советской власти. 
Иногда Ставрополье называют форпостом России на Северном Кавказе, но, не дай бог, эта метафора когда-нибудь станет реальностью – регион ждет печальная судьба. Тенденция превращения территорий в мононациональные, что мы наблюдаем сегодня в Чечне и Ингушетии, приведет к деформации политической, экономической, культурной жизни на Северном Кавказе.
Влияние федерального центра в этих республиках снизится до критического минимума, национальные субъекты превратятся в иждивенцев, потребителей бюджетных ресурсов, ничего не отдавая взамен. 
А снижение суммы траншей станет причиной недовольства местных «князьков», которые исподволь начнут шантажировать Кремль потенциальными угрозами «самоопределения».
- Как в целом  меняется этнический состав края?
- Последние десятилетия отмечены неуклонным снижением числа русских на Ставрополье. Эта смена обусловлена не только миграционными, демографическими, но и геополитическими процессами, когда межнациональные конфликты даже за пределами России влияют на этнический состав. Так, например, было во время армяно-азербайджанского военного противостояния, в результате которого армянская диаспора в крае значительно выросла. 
- Пару лет назад в Ставрополе два десятка авто, украшенных транспарантами «Кондопога – Ставрополь. Мы вместе» проехали колонной по улицам города. 
Шествие было организовано в поддержку «братьев-славян» из карельского городка Кондопоги, где произошли стычки между русскими и чеченцами. Что это, проявление национализма, попытка русских заявить о своих правах на родной земле, с которой их вытесняют?

- Единого мнения на этот счет нет даже в среде ученых, ведь грань между попыткой определения национальной идентичности и откровенным национализмом невероятно тонка. Но то, что участники шествия не могут быть силой примиряющей и организующей, думаю, очевидно для любого здравомыслящего человека. Куда важнее, на мой взгляд, понять, что же явилось причиной этого марша или демарша? 
На протяжении многих лет у власти отсутствует сколь-нибудь внятное понимание межнациональной ситуации, и такие акции - это выплеск эмоций населения, разочарованного в управленческих способностях чиновников.
Люди уверены: государственный аппарат коррумпирован, неэффективен, неспособен решать национальные проблемы, а потому берут инициативу в свои руки,  собираются в группы, которыми часто верховодят самые что ни на есть радикалы, а с ними найти общий язык практически невозможно. 
Значит, не надо доводить дело до такой ситуации, в которой радикалы берут верх и манипулируют общественным мнением. 
В свободной от цензуры интернет-среде граждане пока еще высказывают претензии к власти  по событиям, имеющим национальную окраску. Откровенно говоря, никто из руководителей края сегодня не может аргументированно опровергнуть эти претензии. А пока власть молчит по острым национальным вопросам, на трибуну выходят радикальные националистические группировки.
- Юрий Германович, вы автор нового направления в науке - политической миграциологии. В чем суть вашего подхода?
- Каких-то пять-десять лет назад миграция рассматривалась лишь как насаждение приезжими своих порядков и устоев в социальной среде, на бытовом уровне. 
Однако в нынешних условиях миграционные процессы несут в себе куда больший негативный заряд, заметно влияя на политическую жизнь края. Фактически миграция  может определять направление жизни целых регионов.
- То есть настало время говорить о миграции как о политическом феномене?  
- Да. По современным миграционным процессам можно изучать степень и методы все усиливающегося контроля разных стран над пространством - географическим, экономическим, информационным, исследовать нагрузку на общественные и государственные институты. 
Для нас наиболее очевидной иллюстрацией сказанного является активная экспансия Китая во многие сферы жизнедеятельности России.
Наши рыбные ресурсы, лес, газ, транспорт, торговля уже находятся под контролем Поднебесной. Китаю и воевать с нами не надо, коль сегодня они скупают сотни тысяч гектаров земли в Хабаровском крае, строят сотни предприятий не только в Сибири, но и в европейской части России.
Поразительный пример экономической экспансии китайцев выявил себя в скандале вокруг Черкизовского рынка в Москве. Тысячи российских торговцев после ликвидации Черкизона до сих пор не пристроены. Чтобы попасть на новые торговые точки столицы, нужны огромные деньги для разных «взносов» и взяток. 
Таких проблем нет только у китайцев, они спокойно торгуют тем же самым на  всех рынках Москвы, потому что китайское правительство, мгновенно отреагировав на ситуацию, выдало каждому своему гражданину огромные подъемные.   
- Но, как любое социальное явление, миграцию нельзя воспринимать однозначно. 
- Совершенно верно. Миграция хаотичная, бесконтрольная, порождающая стрессы у местного населения чревата целым ворохом проблем, в том числе и возникновением межнациональных конфликтов.
Но если миграция контролируется, разумно регулируется, то она может стать эффективным инструментом в решении задач. В том числе для выравнивания демографического дисбаланса  территорий, а в отдельных случаях даже для качественного улучшения состава населения. Мигранты способны привнести и экономическое оживление в депрессивные регионы.
- Этноконфликтологи корень многих бед видят в том, что приезжие образуют на новых территориях замкнутые общества, сопротивляются адаптации в местной среде, то есть приезжают в чужой монастырь со своим уставом. Более того, этот устав навязывают и местному населению, вызывая у того естественный протест.
- Это действительно острая проблема - адаптация приезжего населения. У нас ею совсем не занимаются, отсюда и повсеместно расплодившиеся преступные группировки по национальному признаку. Ставропольские правоохранители знают, между какими этническими группировками поделены сферы бизнеса.
Но, к счастью, у нас не происходило ничего такого, как, например, во Франции, где мигранты-мусульмане настойчиво добивались от правительства разрешения для девушек ходить в школы и университеты в хиджабах - одежде, которая оставляет открытыми  только лицо и кисти рук. Министерство образования Франции с трудом сумело противостоять давлению мусульманского меньшинства.
А вот события последних дней: решением Европейского суда в католической стране Италии должны быть сняты все распятия Христа в учебных заведениях. Решение принято по жалобе иммигрантки, исповедующей другую религию и полагающей, что лицезрение распятия унижает ее чувство веры. Италия, где 97 процентов населения католики, сегодня возмущенно бурлит и протестует.   
Запретить мигрантам селиться компактно нельзя, но уговорить не делать этого можно, ведь именно их замкнутость зачастую и оборачивается этническими проблемами. Находясь в национальной общине,  приезжий остается в культурной скорлупе, пытаясь перенести обычаи и уставы своего народа на принимающую сторону. 
Вспомните кадры горящих машин на улицах Парижа – это как раз следствие того, что там не справились с адаптацией значительной части мигрантов, осевших в гетто. 
- А в России возможен подобный сценарий?
- Пока представить такое невозможно, но как знать... Ведь миграционная политика в России - это политика без руля и без ветрил.
А пока легальные процессы в загоне, теневая миграция наступает, способствуя вытеснению коренного населения. Так, последние несколько лет Ставрополье в среднем покидает в год  около 25 тысяч человек, три четверти которых русские.
- Как вы полагаете, можно ли приезжего превратить в патриота Ставрополья? Кто этим должен заниматься: власть, общественные институты, соседи по дому?
- Патриот - это в первую очередь законопослушный человек, который соблюдает нормы морали, проявляет уважительное отношение и благодарность к принявшей его стороне. Он не ущемляет права других и не пытается навязывать окружению свои привычки и каноны, то есть сознательно адаптируется, социализируется. 
И в новой среде такой человек будет чувствовать себя комфортно, и комфортно будут чувствовать себя рядом с ним другие.
Но, как вы понимаете, это дорога с односторонним движением. И местное население должно перестраиваться в отношении приезжих, которых на новые места, как правило, погнала беда - война, конфликты. Сопереживая, сочувствуя им, помогая освоиться на новом месте, коренное население получает благодарных, работящих соседей, а государство - работников, налогоплательщиков, своих защитников.   
Только кропотливая работа способна дать результат, ведь к нам приезжают не инопланетяне, не сомалийские пираты,  не папуасы, а наши с вами соотечественники, владеющие русским языком. 
Убежден, что при объединении усилий власти, общественных организаций, прессы люди способны найти общий язык, научиться понимать и уважать друг друга.

 

Беседовал
Олег ПАРФЕНОВ

 

Вадим05 апреля 2011, 00:23

 
 
 
 

Отличная сття. Но вот что интересно: некому из сонмища академиков-профессоров да прочей "интеллектуальной элиты" подсказать власть имущим - ведь также довольно хорошо известно, что до сих пор в нашей официальной "академической истории" со времен "Романо-германскога" (Н.С. Трубецкой) доминирует прозападная историография с идеологией “черной лекгенды”. А цель сочинения оной черной легенды была именно в том, чтобы разделить, стравить друг с другом народы Евразии (включая русских), и тем обеспечить возможность властвовать над ними "государству, которая расположилась в стране как оккупационная армия" (А.И.Герцен). Но, учитывая, что ныне государство у нас придерживается иных целей, то налаживание добрых межнациональных отношений в стране надо бы начать с досконального и объективного изучения, даже, я бы сказал, с восстановления подлинной истории народов Евразии, особенно русских и татар - двух самых крупных народов России. Притом не следует забывать, что татары - это не только “автохтонные жители Республики Татарстан", где проживают всего 20% всех татар России, татары расселены более или менее равномерно по всей территории Отечества. Например, в Башкирии татары составляют более трети населения этой республики и по количеству занимают второе место после русских. На тему русско-татарских отношений в истории Отечества есть замечательная статья, называется “О подлинной истории стратегических этносов Евразии”: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-35130/ Там в статье имеются ссылки на более обстоятельные труды.

Образ20 ноября 2009, 10:46
 
 
 
 

Юрий Ефимов верно расставил акценты. Однако не дает оценки идее выравнивания статуса всех субъектов Юга России. Из республик исходит весь негатив. Это первое. Их необходимо уравнять, создав например, Северо-Каказский край. Не оценивает работу Представителя Администрации Президета в ЮФО. Плохо работают одни, а здесь предлоено еще одного посланника на сверный Кавказ. Его работа зведомо ненужная.Не дана оценка никому ненужному институту президентства на Северном Кавказе, вокруг которого вертятся все кланы, нувориши. Необходимо, чтобы жители республик сами на себя работали, а не уповали на дотации центра. Капитализм любит работающих, не нахлебников. Все равны! Обратить внимание на интернационализм. Толернатность ушла в прошлое, как и "культура Мира". Все это западные мертворожденные посылки.

 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий