Поиск на сайте

 

 

Экспертное обсуждение Стратегии социально-экономического развития СКФО прошло оживленно, однако с практической точки зрения бесперспективно

 

В сентябре прошлого года российское правительство утвердило Стратегию социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа до 2025 года, ставшую своего рода дорожной картой развития региона. 
Однако любая стратегия, независимо от ее наполнения, прежде всего требует анализа исполнения. О том, что представляет собой документ, возможно ли вообще двигаться с ним по пути развития, на днях в Ставрополе обсудили эксперты в области Северного Кавказа.
По мнению доктора политических наук, профессора,  замдиректора по научной работе пятигорского филиала Российской академии народного хозяйства и госслужбы при президенте РФ Майи Аствацатуровой, Стратегия, как любой другой масштабный план мероприятий, содержит сильные и слабые стороны.
Радует, безусловно, что Стратегия, об актуальности которой говорили по меньшей мере последние лет двадцать, вообще появилась, став первым опытом комплексного подхода к решению проблем региона. Анализу подвергли социально-экономическую и демографическую ситуацию региона, обозначили проблему миграционных процессов, наконец подняли вопрос русского населения.
По мнению Аствацатуровой, именно от социального самочувствия русских в регионе во многом зависит, в каком вообще направлении двинется округ в ближайшем будущем. «А потому все разговоры, подвергающие сомнению значимость русского этноса, пора бы прекратить», - убеждена эксперт.
Вместе с тем представители из национальных республик, в целом согласившись с такой постановкой вопроса, все же усомнились в целесообразности формулировок вроде «русский Кавказ»: придется, мол, изрядно потрудиться, чтобы объяснить населению, почему российский регион вдруг превратился в русский.
Вопрос этот, скорее, из области политкорректности. Что же касается самого русского населения, то его будущее в национальных республиках, согласно Стратегии, выглядит весьма неопределенно. С одной стороны, власть признает факт оттока русских с Кавказа, но с другой стороны, причины этого явления не изучены и даже не названы. 
И это далеко не единственный минус Стратегии. Как полагают эксперты, документ содержит немало серьезных системных просчетов, хотя и видятся они по-разному. Не прописано, например, сколько отпущено времени на реализацию того или иного мероприятия. 
Планка на уровне 2025 года оптимизма может добавить разве что молодежи. А как быть тем, кому за пятьдесят? Надеяться на то, что власти сумеют воплотить в жизнь задуманное или, пока есть силы, по-иному планировать свое будущее, скажем, за пределами региона?
Ничего почти не сказано о местном самоуправлении, реформу которого на Ставрополье в порядке эксперимента запустили раньше всех. Сколько копий по этому поводу было сломано, сколько баталий произошло между правительством и думой края!.. 
Общественность, поверив в искренность намерений власти создать на Ставрополье образец настоящего народовластия, тоже включилась в дискуссию. Ради чего? В чем состоят итоги  эксперимента, почему не сделаны выводы из этого недешевого мероприятия?..
И это упущение в Стратегии не мелочь, которую можно оперативно исправить. Без развития реального местного самоуправления, и на этом настаивает ряд аналитиков, все иные начинания на Северном Кавказе совершенно бессмысленны. 
Отсутствие положений о местном самоуправлении  в Стратегии не случайность, а печальная закономерность. Хорошо, конечно, что экспертное сообщество вообще коснулось этого вопроса, но едва ли возможно переписать документ заново, выбрав иные ориентиры вместо уже утвержденных.
Как невозможно замирить Кавказ силой, так и бессмысленна ставка на экономику, сделанная в Кремле. Выдав каждому жителю СКФО банку варенья да корзинку печенья, что-либо изменить не удастся. Предложенные экономические ориентиры оказались весьма сомнительными, и, думается, полно людей, которые это хорошо понимают. 
Нельзя как случайность воспринимать и то, что в Стратегии практически ни слова нет о развитии институтов гражданского общества. А ведь в округе достаточно организаций с мощным позитивным потенциалом, желающих сотрудничать не с Западом, а со своей российской властью, однако ею же отодвигаемых и всячески игнорируемых. 
Ничего не сказано о диаспорах ближнего и дальнего зарубежья, без которых современный российский Кавказ просто немыслим. В стороне осталось студенчество, хотя строительство Северо-Кавказского федерального университета считается главным проектом полпреда.
Наконец, за бортом остались интересы огромной социальной группы - казачества, в поддержке которого Александр Хлопонин всячески клянется и, по его собственным словам, очень надеется на его поддержку в решении накопившихся в округе проблем.  
Казакам речи большого начальника льстят, но они-то понимают, что чиновники приходят и уходят, а высокий статус лучше закреплять не словами, а документом.  
Свою отстраненность от участия в повседневной жизни общественность четко осознает, по этому поводу бурлит и митингует, пишет президенту, но от перспектив на равных взаимодействовать с властью, дружно продвигать инициативы, отстаивать свое будущее в борьбе с криминалом, радикалами и прочими социальными недоумками пока не отказалась. Радоваться бы власти, протянуть руку дружбы, да не тут-то было. 
Власть, федеральная и региональная, допускать население к обустройству его же собственной жизни, похоже, не собирается, от общественности отворачиваясь и отпихиваясь. Минувшие выборы, на которых народу позволили примерить лишь роль статистов, тому очевидное подтверждение. 
Изворотливость власти обесценивает самый толковый документ, и до тех пор, пока чиновники не научатся разговаривать на равных с народом, Стратегия с ее экономическим запалом останется очередным прожектом по отмыванию казенных денег. Многочисленные курортные кластеры, каждый из которых тянет на десяток-второй миллиардов рублей, могут стать грандиозными памятниками долгостроев. 
Наконец, и что совсем невероятно, в Стратегии обошли стороной даже такую горячую тему, как права человека. И это в регионе, где гремят взрывы, похищают людей, коррупция достигла астрономических размеров, а добиться защиты своих интересов в чиновном кабинете простому смертному невозможно, хоть сто лет обивай пороги!
Удивительное дело: в центре всех преобразований стоит человек, но о его правах как раз-таки и забыли. Скромно об этом умолчали омбудсмены, которые есть в каждом регионе, всегда готовые рассказывать о своих достижениях на правозащитной ниве. Тоже случайность?                        
Мысль о том, что Стратегия как документ преимущественно экономический для Кавказа в нынешнем виде едва ли  приемлема, высказал и директор ставропольского филиала Российской академии народного хозяйства и госслужбы при президенте РФ, доктор политических наук, профессор Юрий Васильев. По его мнению, стержнем документа должно бы стать развитие межнациональных и межконфессиональных отношений, однако этим вопросам скромно уделили пару страничек.
Но даже существующий экономический сценарий невозможно в полной мере осуществить по той причине, что СКФО рассматривается как некий целостный механизм, вроде государственного унитарного предприятия. Вместе с тем в каждом регионе действуют свои законы, межбюджетные отношения, финансовые схемы, это вообще разные модели экономики, уместившиеся на небольшой территории.
Без юридической унификации всей законодательной базы рассчитывать на реализацию сквозных, то есть общих для регионов СКФО, проектов по меньшей мере наивно, полагает Васильев.
Странно выглядит и посыл о формировании единой северокавказской общности россиян при соблюдении существующих административных границ, которые покрепче государственных. И снова возникает русский вопрос. 
Так, в местах компактного проживания представителей русских намечено строительство библиотек и национальных культурных центров. По сути, речь идет не о возвращении русских на Кавказ с восстановлением их доперестроечной численности, а о помощи диаспорам в республиках. Для поддержания их жизненного тонуса власть и намерена строить библиотеки.
Выходит, на остальной территории, той же Чечни или Ингушетии, русские библиотеки, театры, культурные центры вроде бы как и ни к чему? На каком языке тогда  собираются учить там в школах и вузах?..
Весь этот ворох сомнений и размышлений эксперты решили донести до полпреда в СКФО. Дело, возможно, нужное, но, боюсь, в полпредстве об этих недостатках Стратегии знают не хуже, чем в экспертном сообществе. Более того, знают и о многом другом, что мешает Северному Кавказу стать на нормальные рельсы развития.
Да и сама дискуссия, несмотря на свою содержательность, кажется запоздавшей. Стратегия принята, ответственные за ее исполнение назначены, а российская бюрократическая машина невероятно инерционная. 
Если власть не прислушалась к ученому сообществу раньше, с чего бы вдруг она сегодня двинется ему навстречу?
 

Олег ПАРФЁНОВ



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий