Поиск на сайте

 

 

В Академической галерее Пятигорска собрана богатейшая коллекция бабочек и экзотических животных

 

В 90-х годах в Пятигорске на втором этаже «Кофейни Гукасова», что у входа в Цветник, открылся Музей насекомых. Его основатель, энтомолог Валентин Тихонов, кандидат биологических наук, решил совместить работу и свое давнее увлечение - коллекционирование бабочек. Шикарную коллекцию он собирал в течение 30 лет в экспедициях по странам Южной Америки и Кавказу.

 

Долгое время музей арендовал выставочный зал в «Кофейне Гукасова», а на лето переезжал в Академическую галерею. В те годы музей сотрудничал с известным пятигорским галеристом Семеном Караковским, который помогал  организовать экспозиции и проектировать выставочный зал. 
Лет 10 тому назад я впервые побывал в музее, после чего у меня остались яркие впечатления от перламутровых бабочек, которых, как я узнал теперь, собрал сам Тихонов. Похожая выставка есть только в Северной столице.
Уже более пяти лет коллекция постоянно выставляется в Академической галерее( с тех пор как там провели отопление). Зал двухуровневый. В центре первого уровня стоят террариумы со змеями, палочниками, сверчками, жуками и хамелеонами. Вдоль стен - с ящерицами, несколько с птицеедами и тропическими ядовитыми пестротелыми лягушками, которые могут надолго замирать, отчего напоминают пластиковые игрушки. На втором экспонируются бабочки. 
Кроме того, есть  комнатка, где высажен настоящий тропический лес с фикусами, монстерой, лианами и обитают игуана, гекконы и другие ящерицы. Раньше с ними жил и перепел, но он пошел на обед змеям. 
В комнатке поддерживается температура 28-30оС и высокая влажность. Когда я вошел в этот рукотворный лес, мне дышалось нелегко, а вот рептилиям здесь комфортно.
- Многих животных мы купили сами, - поясняет мне экскурсовод Мария Тихонова, помощница Валентина в его подвижничестве и жена. - Бывает, что нам дарят их или мы обмениваемся с другими коллекционерами со всей страны.
Так как главное детище Тихоновых  - Музей насекомых, то поражаешься разнообразию собранной за годы коллекции бабочек: здесь и павлиноглазки, и нимфалиды, и птицекрылы. И в каждом стенде ощущается любовь к своему делу. А с какой нежностью экскурсовод рассказывает о питомцах!
Два месяца назад я обратил внимание на небольшого синеязыкого сцинка с гладкой чешуей, похожей на рыбью, который в тот день спрятал свою голову за камнем в террариуме. Зная, что ареал обитания этого чуда ограничивается Австралией, невольно задался вопросом: чем вообще кормят животных?
- Мы в музее специально выращиваем тараканов, чтобы кормить зимой ящериц, - говорит Мария Тихонова. - Летом ловим сверчков на Машуке либо даем тех, что у нас в террариуме. Если нужны мыши для змей, то есть места, где можно их купить. Например, на рынке. Пауков и змей кормим раз в неделю, а остальных жмвотных -  каждый день.
Главный принцип Музея насекомых – интерактивность, которой нет во многих музеях России. Каждый желающий здесь может своими руками потрогать птицееда, хамелеона или квакшу и еще - сфотографироваться с ними. Поэтому при посещении экспозиции страх, удивление, интерес смешиваются воедино, и никто не может покинуть выставку равнодушным. Особенно дети, которые бегают от террариума к террариуму восторженно пересказывают родителям то, что они видели. 
Вот Мария Тихонова рассказывает, что лягушка-водонос (среди коллекционеров фамильярно называемая пикси из-за родового названия) зарывается во влажный мох, чтобы собрать в специальных полостях тела влагу. А аборигены Австралии приловчились выдавливать из ее раздувшегося тела воду, не нанося вреда животному.
Или узнаю еще, что вопреки распространенному мнению не все хамелеоны полностью сливаются с окружающей средой. Оказывается, самцы у них яркие, чтобы привлекать самок, из-за чего часто становятся добычей хищников.
Я попросил, чтобы достали одного хамелеона из террариума. Впервые в жизни ощутил на себе его цепкие лапки, покрытые маленькими иголочками, помогающими животному удержаться практически на любой поверхности.
Меня поразило в хамелеоне то, с какой  плавностью он прохаживался от моей кисти до плеча. Хамелеон забрался уже мне на плечо и искал глазками, куда ему двигаться дальше. Но рука экскурсовода отправила его за «разгул» обратно в террариум, где он спрятался на ветке и слился с ней.
Также с превеликим удовольствием я подержал в руках австралийскую квакшу, которая из-за своей грузности прыгать не умеет, а только ползает. Так и на моей ладони дитя Зеленого континента искало себе место. Квакша любит теплые руки. Кстати, кожа у нее приятная на ощупь, чем-то напоминающая пластилин.
Когда мне разрешили потрогать паука-птицееда, сердце заколотилось. Вначале Тихонова рассказала мне о происхождении названия. Дело в том, что в XVII веке немецкий анималист и энтомолог Мария Мериан после поездки на Суринам изобразила в гравюре ужасающего паука, который пожирает яйцо колибри. 
На самом деле птицеед не злой и не страшный. Просто не надо трогать брюшко паука - это его раздражает. Если вдруг он почувствует опасность, то задними лапками счешет с брюшка в сторону врага жгучие волоски, а они вызывают сильный зуд. 
Итак, Мария положила мне на ладонь птицееда. Я никогда не думал, что такой большой паук легок, как пушинка. Когда он перебирал лапками у меня на ладони, я его практически не ощущал.
У крупного паука в соседнем террариуме было блюдечко, а у того, что я держал, нет. Оказывается,  крупные птицееды пьют воду из блюдца, а для  видов поменьше специально орошают мох. 
На крышках террариумов в табличках описываются повадки животного, а также то, какие могут случиться «неприятности» при общении с ним.
Так, например, синеязыкий сцинк флегматично следит за посетителями, греясь под искусственным светом. 
В табличке-описании сказано: гладить можно, брать на руки не стоит, потому что нарушителя покоя животное может... описать. А однажды это «миролюбивое» создание съело змейку, которую подселили в его террариум.
Оставив первый этаж, где все шевелится, шубуршит и шипит, я поднялся по скрипящим деревянным ступеням на второй. В черных рамочках десятки приколотых бабочек на белом фоне пестрят своими крылышками. Здесь же на стендах замерли и ужасные сколопендры, и жуки-олени, и многие другие насекомые Африки и Азии.
К сожалению, прибыль от посещений невелика. И чтобы поддержать выставку, при музее организована мастерская, где делают сувениры с бабочками, скорпионами, пауками. Не подумайте, что животных ловят в дикой природе и умерщвляют. 
Оказывается, их выращивают на специальных фермах в тропических странах вроде Филиппин, Боливии, Перу, а оттуда отправляют по всему миру. 
Также часть дохода музей получает от продажи любителям живых птицеедов, взрослых жуков и других насекомых, которых разводят здесь же. 
После двух ярусов экспозиции я попросил Марию провести меня в «закрома» музея. На стене здесь висит большая карта мира. На столе заготовки рамок для сувениров. А в коридорчике, что ведет в комнату-террариум, располагаются «фермы», где в куче сухих листьев разводятся насекомые.  
Вдали от любопытных глаз черепаха трионикс ждет, когда у нее появится просторный аквариум, который займет достойное место в экспозиции музея. 
«Черепахи - очень интересные животные, - заметил Валентин Тихонов, - и они оживят нашу выставку».  
Зная, что музей частный, что труд их в большей мере альтруистичный, я спросил Валентина Тихонова, какие цели он ставит перед музеем:
- Во-первых, просветительскую, что в принципе характерно для музейного дела в целом, во-вторых - пополнение научных знаний, а также сохранение фондов живых существ.
Экскурсовод Мария же видит цель в более романтическом свете. Музей должен, по ее мнению, не только просвещать, но и приобщать каждого к живой природе, чтобы сделать нас мягче.

 

Вардан ЯВРЯН, 
студент 4-ГО курса
отделения журналистики
Пятигорского государственного лингвистического 
университета



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий