Поиск на сайте

 

 

Последняя книга известного ставропольского писателя Семена Ванетика называется «Тысяча эпиграмм». Название книги не гипербола. В малоформатном издании на трехстах пятидесяти страницах действительно уместились одна тысяча миниатюрных произведений, в каждом из которых свой сюжет, образ, иногда драма. Эпиграмма - жанр специфический, талант творить эпиграммы  - явление редкое. Искусством буквально несколькими словами обозначить характер, проблему, социальную язву Семен Ефимович, которому на днях исполнилось 85 лет, владеет в совершенстве. Неслучайно за его микрошедеврами всегда охотились (да и сегодня не забывают) известные столичные журналы, которые почитают делом чести поддерживать на высоком уровне уголок сатиры и юмора. Ванетик был желанным автором в знаменитом клубе «12 стульев», прописанном в «Литературной газете», и в былые дни его расцвета, и сегодня. О жизни, о литературе с Семеном Ефимовичем Ванетиком  беседует обозреватель «Открытой» газеты.

 

- Семен Ефимович, некоторые полагают, что пародист, сочинитель эпиграмм - это обязательно злой, раздражительный человек, который высмеивает других. Как вы к такому мнению относитесь?
- То есть злой ли я человек? Ну, это я шучу. Не знаю, как у других, а у меня толчком для написания колючих строк становится не желание кого-то разозлить и обидеть. 
Жизнь так устроена, что зачастую человек сам устраивает нелепые ситуации, из которых потом выкарабкивается. Надо с иронией смотреть на себя. Некоторым людям не хватает этой самой самоиронии. И я как бы напоминаю им об этом.
Меня беспокоит, что в наши дни увядает такой жанр, как сатира. Недавно умер Сергей Михалков. Сложный, неоднозначный человек. И вот те из числа высоких лиц, кто высказывал соболезнования в связи с его кончиной, упоминали о гимне СССР и России, говорили о том, что он замечательный детский писатель. 
И никто не сказал, что сам Михалков очень гордился тем, что писал басни. Что многие годы был главным редактором популярнейшего сатирического киножурнала «Фитиль». Это плохо, что мы не испытываем желания посмеяться над собой.
Я охотно берусь за обозначение негативных явлений, от которых обществу желательно бы избавиться. Например, дефицит порядочности среди чиновников, равнодушие обывателей. У меня много эпиграмм на бюрократов, которые, как мне кажется, сегодня очень уж оторвались от людей. Многие могут узнать в миниатюрах свою манеру поведения, а следовательно, и себя.
- И вы думаете, что они исправятся?
- Я не ставлю перед собой цели исправлять человечество. И не думаю, что есть линейная связь между написанным словом и социальным откликом. Стихи не агитки и не инструкции по жизни. Однако они участвуют в формировании социальной атмосферы. И кому-то помогают, в этом я убежден. 
Поэтому и пишу. Если честно, писать, тем более печататься, не обязательно. Стихи - строки, образы - являются независимо от того, намерен я их напечатать в журнале или нет. Я пережил удовольствие от маленького открытия, поделился им со своими ближними. А тиражировать - это дело уже второе.
- У вас не совсем типичная писательская судьба: вы начали публиковаться почти в пятьдесят лет. К этому времени некоторые литераторы «исписываются». А вы и сегодня каждый день создаете что-то новое.
- Да, сочинять я стал намного раньше, чем печататься. А публиковать не хотел. Почему-то считал, что это мне не надо. Ну а творческое долголетие... Вы знаете, увлечение литературой, каждодневный любимый труд продлевают мои годы. В этом я убедился.
- И все-таки вернемся к словам о том, что вы не ставите перед собой цели исправить человечество. А зачем тогда литература? Стихи? Романы? 
- Девальвация моральных ценностей, снижение уровня культуры, особенно в молодежной среде, к сожалению, банальный факт. И все же я не думаю, что люди стали злее и своекорыстнее потому, что меньше читают. 
После окончания Одесского института я много лет работал в Сибири, плавал по сибирским рекам. Мне случалось встречаться со стариками, которые родились еще в девятнадцатом веке, они были, по нашим понятиям, малограмотны. «Войну и мир» уж точно не читали. Но какие это были высоконравственные, чистые люди!
- А в чем же дело?
- По-моему, многое определяет среда, в которой растет человек. Мой отец был участником Первой мировой войны. Когда в 1915 году его призывали в армию, один зажиточный родственник предложил деньги, чтобы откупиться от службы. 
Отец даже обиделся. «Я же гражданин России, - сказал он, - как я могу прятаться!»
Рассказ об этом среди многих других историй бережно хранился в нашей семье. Родители стремились привить мне такие качества, как порядочность, искренность, законопослушность, уважение к другим. Они сами были людьми очень честными и добрыми. А мама, кстати, очень хотела, чтобы я стал писателем. Такое вот материнское чутье.
А что слышит сегодня ребенок в семье? Про телевизор и улицу уже не говорю. Я как-то познакомился с данными опроса школьников 11-13-летнего возраста. 15 процентов ответивших на анкету девочек сообщили, что мечтают стать валютными проститутками!
Вот вам среда, в которой протекает жизнь современного молодого человека. Удивительно ли, что нахал, бессовестный человек, а иногда и личность с преступными наклонностями не только имеет преимущества перед добропорядочным гражданином, но еще и окружен почетом? Потому и процветают культ силы, бесцеремонность, подкуп, шантаж, взятка. 
Буквально на днях общественность шокировало сообщение о том, что в Подмосковье несколько аферистов нагло на «законных» основаниях прибрали к рукам 45 гектаров земли, на которой расположен знаменитый писатель-ский поселок Переделкино. 
Здесь жили и творили многие великие и не очень современные писатели. Представьте себе, из собственного жилья будут изгнаны люди, книгами которых зачитывалось не одно поколение, - Андрей Битов, Бэлла Ахмадулина, Фазиль Искандер, Андрей Вознесенский и другие. 
Вот вам противостояние денег и культуры в чистом виде. И культура, и литература беззащитны перед натиском современных варваров.
Но разве культура или писатели повинны в том, что возможна подобная дикость? Наверное, спросить надо с тех, кто допустил это: с депутатов, правительства, чиновников, прокуроров. И при этом все хором голосят о возрождении культуры.
- Семен Ефимович, в ваших произведениях четко просматриваются интерес к политической теме, гражданственные мотивы. 
- Я считаю, что писатель не имеет права стоять в стороне от проблем общества. В начале девяностых я поддерживал демократические преобразования, политиков из демократического движения. 
И сейчас уверен в том, что необходимо развивать гражданское общество через развитие самоуправления, демократизацию выборов, укрепление гарантий свободы слова и печати. 
К сожалению, становление гражданского общества идет сложно, иногда даже с отступлениями. Но я оптимист. Я ведь захватил те времена, когда еще  не в каждом доме было электричество. 
Помню, как читал книги при свете керосиновой лампы. А сегодня я пользуюсь компьютером, Интернетом, мобильным телефоном. 
По образованию я инженер и могу оценить скачок, который совершил технический прогресс за последние полвека. Техника творит чудеса. А вот человеческие отношения... Процитирую свое стихотворение «Чудеса»:

Доказать существованье Бога
Можно лишь явлением чудес.
Думается, что лежит дорога
К ним через технический прогресс.

Ждем чудес от нового мы века,
Вот уж нас пленяет Интернет…
Лишь в одном - в природе человека -
До сих пор прогресса нет как нет.

- Ну и где выход? Поправить «венец природы»?
- Я не сторонник вмешательства в человека с помощью генной инженерии и прочих изобретений. Я все-таки верю в человека - такого, каким его создала природа ли, творец ли.
Несмотря на все свои несовершенства, на протяжении десятков веков своей истории он не раз доказывал, что человек - это звучит гордо. Я верю в человека! И по мере своих скромных сил стараюсь отразить это в стихах, когда посмеиваюсь над человеческими слабостями.

 

Беседовал 
Василий КРАСУЛЯ

 

Избранное

 

ФЕМИДА
Испытанное орудие
Для своекорыстных действий -
Карманное правосудие,
Неправедное судейство.

И мучает нас обида,
Вопрос задаем в сердцах:
О, где же ты, где, Фемида
С повязкою на глазах?

Но изображать старуху
По нынешним временам - 
С прижатою трубкой к уху -
Гораздо уместней нам.

СЕРВИС
Технология убийств упрощена;
В прошлом - тройки, стукачи,
Расстрел в подвале,
Гибель в зоне или на лесоповале.
Нынче киллеру заявочка дана -
И клиенту среди улицы хана!

КРИК ДУШИ МАЛОГО БИЗНЕСМЕНА
- Собственником стал, и говорят:
«Нет уже теперь пути назад,
Обеспечен личной неприступностью».
Но на самом деле я зажат
Между государством и преступностью.
И как хочешь это назови -
Рэкетом, налогами, поборами,
Крик не умолкает: «Не дави!
Дай мне расплатиться с кредиторами!»

К ВОПРОСУ О КУЛЬТУРЕ
Да, прежде на культуру давили,
Но также на культуру давали.
Давить, но и давать прекратили,
Культурнее мы стали едва ли.

ОППОЗИЦИЯ
То, что есть оппозиция, это неплохо.
Непривычно? Еще бы!
Другая эпоха!
И, увы, непривычное и необычное
Представляется часто нам как неприличное.

БОРЕЦ-ОДИНОЧКА
Жизнь моя такова:
Бой веду в одиночку - 
Я качаю права,
На меня катят бочку.

НЕПОЛНОЦЕННАЯ ЧЕТВЕРКА
(Переживания студента)
Трещат надежды папины и мамины,
Томит меня глубокая тоска,
Поскольку в нашем вузе на экзамене
Четверка стоит полтора куска.

Но бабок нету у моих родителей,
А принципы у них, напротив, есть.
При этом уж, хотите ль, не хотите ли,
Приходится за книги вам засесть.

Добыл четверку собственными силами,
Но, по сравненью с платными, она
Другого цвета вписана чернилами,
И этот факт меня лишает сна. 



Поделитесь в соц сетях


Добавить комментарий