Поиск на сайте

 

 

Почему на карте Ставрополья столько забытых властями объектов здравоохранения? Может, не те люди стоят сегодня во главе медицинской отрасли края?!

 
Коммерсанты в белых халатах
 
Накануне Дня Победы в Нефтекумске случилась трагедия: на заводе «Роснефть» взорвалась трубчатая печь и выгорел один из цехов перекачки нефти. Столб дыма был высотой с десятиэтажный дом, тушили пожар три пожарных отделения МЧС.
В огне пострадали двое рабочих, парни 23 и 24 лет, которых «скорая» доставила прямо в реанимацию Нефтекумской ЦРБ. Парни находились в тяжелейшем состоянии: ночью была вызвана санавиация, и одного из них перевезли в ожоговый центр в Ставрополе.
Второй пострадавший был абсолютно нетранспортабелен из-за обширных ожогов всего тела. Срочно требовался бактериологический анализ поврежденных тканей. Но своей лаборатории в ЦРБ нет, зато прямо во дворе больницы есть другая, принадлежащая районной санэпидемстанции. Однако действует она как коммерческое предприятие: заключает договоры на услуги по принципу «утром – деньги, стулья – потом».
И санврачи безжалостно ответили коллегам из ЦРБ: мол, у вашей больницы закончился контракт, а за бесплатно никаких исследований делать не будем! Не дрогнуло сердце коммерсантов в белых халатах от того, что каждая минута была на счету умирающего парня. Пришлось срочно везти анализы из Нефтекумска за десятки километров – в Буденновскую краевую больницу, где быстро провели все нужные исследования. Пострадавшего спасти так и не удалось...
Кто сейчас определит, есть ли доля вины в его смерти врачей санэпидемстанции? Никто даже не стал проводить расследование по этому факту. Директор буденновского филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии» (к которому относится Нефтекумский район) Татьяна Мелихова продолжает работать как ни в чем не бывало. Никто из нефтекумских санитарных врачей к ответственности не привлечен. Значит, «наверху» уверены – бизнес превыше всего.
 
Главврач ни при делах?
 
А теперь о том, почему в Нефтекумской ЦРБ нет собственной бактериологической лаборатории, а все клинические исследования приходится делать в чужом учреждении. Чтобы разобраться в этой ситуации, недавно в Нефтекумск прибыл полпред губернатора по восточным районам Андрей Уткин.
На прием к нему пришла врач-эпидемиолог районной больницы Ирина Габриелян, принесла ворох бумаг – жалобы, которые главврач писал во все местные и краевые инстанции. Уткин же первым делом спросил не о содержании бумаг, а о том, почему сам главврач Мидуш Политов (кстати, депутат городского и районного советов) не соизволил прийти на встречу?! Может, потому лаборатория до сих пор и не создана, что Политов этот вопрос «решает» такими темпами?!
Между тем сегодня Нефтекумский район – единственный в крае, где у райбольницы нет лаборатории! Закрылась она еще в 1996 году – из-за того, что вовремя не получила лицензию от СЭС. И, похоже, произошло это не случайно: едва лаборатория была закрыта, как специалисты СЭС, отказавшие ей в выдаче лицензии, быстро «перехватили» отсюда все бюджетные потоки.
В районную санэпидемслужбу были переведены сотрудники закрытой лаборатории, и здесь же начали оказывать прежние лабораторные услуги. Но деньги-то потекли уже в другие карманы! И деньги немалые: ежегодно ЦРБ приходится оплачивать санэпидемстанции около 3 млн. рублей за оказание лабораторных услуг.
Впрочем, даже этих денег санврачи не отрабатывают. Представьте: ночью «скорая» привозит пациента с ранением или ожогом, ему нужно срочно провести обследование на наличие раневой инфекции. А двери санэпидемстанции заперты: рабочий день закончился! Вот и приходится ждать утра, гадая, выживет пациент или нет.
Кроме того, больница сегодня лишена возможности проводить необходимые району эпидемиологические исследования и даже санитарный контроль на предприятиях. А все потому, что санэпидемстанция (даже получая деньги за свои услуги от ЦРБ) закупает реактивы по собственному разумению, и при этом многие виды анализов из перечня просто «выпадают».
Андрей Уткин (сам, кстати, врач по образованию) был поражен рассказом. Ирина Габриелян разложила перед ним бумаги: мол, уже и все расчеты проведены, сколько нужно средств на «перезапуск» лаборатории. Сумма по меркам бюджета копеечная: 5 млн. рублей на реконструкцию пустующего помещения и еще порядка 15 миллионов – на закупку нового оборудования.
Полпред, сильно впечатленный информацией о положении дел в районном здравоохранении, обещал деньги изыскать: по его словам, 5 миллионов на реконструкцию здания выделит из резервных средств краевой минздрав, а 15 миллионов на оборудование и инструменты – краевой Фонд обязательного медстрахования (ФОМС) из неиспользованных остатков по итогам года.
 
Больничная недостаточность
 
Поведали Андрею Уткину и о другой «застарелой» проблеме Нефтекумского района – отсутствии родильного дома. Вопрос, кстати, не просто медицинский, но и, скажем так, политический. Население Нефтекумья постоянно уменьшается (только с начала нынешнего года минус двести человек), поэтому кровь из носу нужно удержать высокие позиции по рождаемости. При этом каждый год более 200 будущих мамочек из района уезжают рожать то в Буденновск, то в Ставрополь.
А вот в Левокумском районе на прием к полпреду приехал глава Приозерского сельсовета Иван Шинкаренко, который никак не может добиться средств на ремонт врачебной амбулатории. Силами муниципалитета здесь возвели двухэтажное кирпичное здание площадью почти 400 кв.м, подвели к нему все коммуникации, даже оснастили физиотерапевтический кабинет. Но сил нет на замену оконных блоков, на что требуется почти 300 тысяч рублей. Полпред дал поручение средства найти.
Следом отправился Андрей Уткин в Степновский район. В местной администрации губернаторскому посланнику пожаловались на то, что эта территория остается единственной в крае, где в ЦРБ нет инфекционного отделения. Закрылось оно еще в 2004 году из-за отсутствия врача-инфекциониста.
Правда, пять лет назад на строительство нового отделения все же нашлись деньги, здание подвели «под крышу», а вот на его отделку и закупку медоборудования средств уже не хватило. И нынче пустующее здание постепенно разрушается. Впору уже строить новое.
Поднимали этот вопрос на состоявшейся в 2010 году в селе Степном коллегии краевого минздрава, после чего проект реконструкции отделения был даже включен в «Программу социально-экономического развития Степновского района». Однако никаких подвижек так и не происходит, несмотря на то, что два года назад все районные больницы были переданы с муниципального уровня на краевой, то есть подчинены напрямую минздраву Ставрополья. А там на все просьбы степновцев отвечают извечным: мол, денег нет.
Между тем Степновский район – территория неблагополучная по многим инфекционным болезням, среди которых – ветряная оспа, крымская геморрагическая лихорадка, бешенство, бруцеллез, малярия... А сегодня даже на обследование и взрослым, и детям приходится ездить в соседние райцентры за сотню километров.
 
 
Забытая «степная Мацеста»
 
Приехавший на встречу с полпредом глава администрации поселка Затеречный (Нефтекумский район) Александр Гецман тоже просил денег. На восстановление водолечебницы, которая существовала в этих краях с 1964 года и заслуженно снискала славу «степной Мацесты». 
Целебная сероводородная вода была обнаружена нефтяниками, когда они бурили неподалеку от поселка артезианскую скважину. Силами нефтяников был спроектирован целый санаторный комплекс, который включал несколько лечебных корпусов, столовую, гостиницу, котельную... Но построить успели только главный корпус, где оборудовали физиокабинет.
Всего лечили в Затеречном более сорока заболеваний. Однако в 2003 году скважина, из которой вода поступала прямо в лечебный корпус, была законсервирована из-за угрозы подтопления поселка. В 2010 году администрация Нефтекумского района пыталась продать заброшенную водолечебницу, но покупателей для нее не нашлось, и два года спустя объект вместе с земельным участком был безвозмездно передан в собственность края.
И что с ним делать, ума не приложат и в краевом минздраве. Один из вариантов – сделать лечебницу филиалом знаменитой Кумагорской больницы восстановительного лечения. Но это очень затратно: реконструкция лечебницы в Затеречном обойдется минимум в 50 млн. рублей.
Андрей Уткин рассказал, что уже успел побывать в Затеречном и осмотреть заброшенное здание. По сути, его нужно отстраивать заново, а вместе с ним – и всю систему водоподачи и ее обратной закачки в водоносные пласты. Значит, нужно искать крупного инвестора, который был бы готов «потянуть» такой серьезный проект.
Инвестор должен быть калибра «Роснефти», которая, кстати, заинтересована в развитии в Нефтекумье восстановительного лечения. Ведь сегодня из-за наличия крупного промышленного предприятия степной район стабильно занимает лидирующие позиции в Ставропольском крае по показателям инвалидности.
 
Засуха при большой воде
 
Объезжая восточные районы Ставрополья, Андрей Уткин везде слышал жалобы населения на острую нехватку грамотных специалистов – учителей, агрономов, библиотекарей...
Сегодня дефицит составляет почти 9,5 тысячи человек, среди которых большинство, конечно, – медики.
Проблема эта знакома Ставрополью с давних времен: скажем, в 1999 году на 10 тысяч населения у нас было 39 врачей при среднем российском показателе 42. С тех пор разрыв лишь увеличивается: ныне число врачей всех специальностей составляет 32 на 10 тысяч населения (это на треть меньше, чем в среднем по России).
Сегодня в сельском здравоохранении Ставрополья остро требуются врачи 30 специальностей – от психиатров до эндоскопистов. Только за прошлый год в крае на треть уменьшилось число врачей скорой медпомощи и хирургов. Причем, если сейчас 70% из 19 тысяч средних медработников трудятся в сельской местности, то из почти 9 тысяч докторов – только 40%. Обеспеченность врачами на селе вдвое ниже, чем в среднем по краю, а средними медработниками – на четверть ниже.
Более того, в восточных районах Ставрополья лишь каждый четвертый врач имеет квалификационную категорию (и эта доля уменьшается), и даже не все доктора получили сертификат специалиста! Значит, порой некому использовать дорогущую медтехнику, которая последние годы поступала в сельские больницы и амбулатории по программе модернизации здравоохранения.
При этом уже который год в краевом минздраве констатируют: медики бегут из родных сел (на двух приехавших на село медиков приходится примерно трое уехавших в город). Кое-где вакансии «закрывают» за счет совместительства, когда люди работают на двух, а то и на трех ставках.  Но ведь это не выход, ведь порой цена врачебной ошибки – человеческая жизнь!
 
Ненужный подвиг?
 
Нехватки абитуриентов Ставропольский медицинский университет (СтГМУ) никогда не испытывал. Даже сегодня, когда год обучения стоит $2-3 тысячи, нет отбоя от желающих поступить «сверх плана». Знают ребята, что за учебу заплатят родители. И уверены, что родители затем найдут возможность устроить дочурку или сына по окончании вуза на хорошую работу.
Поэтому-то подавляющее большинство врачей, судя по статистике минздрава, «сконцентрировано» в трех крупных городах – Ставрополе, Пятигорске и Ессентуках. А вот в отдаленных восточных районах – Курском, Степновском и Левокумском – обеспеченность докторами втрое ниже, чем в Ставрополе и на Кавминводах.
В краевом минздраве не скрывают, что порочна сама система распределения выпускников медицинского вуза. Заключается договор между профильным вузом и лечебным учреждением (как правило, сельским): вуз обязуется обучать недавнего выпускника по выбранной им лечебной специальности, а ЛПУ гарантирует рабочее место для молодого специалиста.
Но, во-первых, никаких неустоек и прочих компенсаций при невыполнении одной из сторон взятых на себя обязательств не предусмотрено. Во-вторых, сам будущий врач никакого отношения к составлению договора не имеет, о нем в документе речь идет косвенно – как о своеобразном объекте купли-продажи. В-третьих, оплату обучения производит не местное учреждение-«заказчик», а федеральный Минздрав.
Вот и получается, что после окончания обучения молодой врач ни в какой Туркменский или Курский район ехать не собирается, а остается в Ставрополе. И нет никакого законного способа понудить его ехать в сельскую больницу. Вот так и образуется в сельском здравоохранении кадровый «вакуум» в несколько сотен вакансий ежегодно.
Что делать?! Есть предложения!
Перед тем, как выпускник СтГМУ поступает в интернатуру или ординатуру (то есть вслед за базовым медицинским образованием получает узкую врачебную специальность), краевой минздрав заключает договор с администрациями тех территорий, где более всего нужны такие новые доктора.
В этом договоре должно быть прописано, что местные власти обязаны обеспечить доктора жильем, выплачивать подъемные, предоставлять ему социальные льготы, выплачивать стабильную зарплату, помогать проходить последипломную подготовку (например, оплачивать командировки на курсы повышения квалификации).
На всё это, конечно, потребуются средства в бюджете, которые, как упираются ныне чиновники, просто неоткуда взять. В таком случае можно констатировать, что и дальше восточные районы Ставрополья будут загнивать в отсутствие грамотных специалистов. И будут продолжать гибнуть пациенты, попавшие в особо трудное положение, вроде того молодого рабочего из Нефтекумска.
 
Антон ЧАБЛИН,
обозреватель «Открытой»,
выпускник Ставропольской
медицинской академии
 
 
 
 
 
 
 
 


Поделитесь в соц сетях


Комментарии

Дима-Вова Кока-...
Аватар пользователя Дима-Вова Кока-Кокаев(ShevLer)

УРЯ! Зато Крымнаш! Европа гнётся, Барак бананом подавился.

юлия (не проверено)
Аватар пользователя юлия

"Главврач ни при делах?"
может, грамматическую АшиПку исправите? глаза режет

Добавить комментарий